10:41
USD 84.87
EUR 91.60
RUB 1.11

Абитуриент-2019. Какую профессию выбрать, чтобы найти работу

Бороться с непонятными факультетами и искусственно созданными институтами призвал недавно Министерство образования и науки депутат парламента Дастан Бекешев.

По его словам, все хотят учиться и быть управленцами. Иметь банковское образование, в то время как в стране всего 25 банков. Или отучиться по специальности «международные отношения», тогда как у нас всего 23 посольства. И даже учителей уже много, считает нардеп.

Перебор в банкирах

«Педагогов, откровенно говоря, более чем достаточно. Конечно, есть села, где учителей математики, информатики нет, но туда они и не поедут из Бишкека. Нужен стимул финансового характера», — уверен Дастан Бекешев.

Так куда же поступать нынешним абитуриентам, чтобы не пополнять ряды дипломированных безработных?

«Учитывая, что многие специальности потихоньку начинают отмирать, я бы посоветовал выбирать сегодня IT-технологии, все, что связано с дизайном, и не только одежды, но и различных вещей, товаров. И однозначно в специалистах будет нуждаться отрасль электроэнергетики», — сказал парламентарий 24.kg.

«К сожалению, нет четкого анализа того, кто нам нужен на рынке труда, поэтому часть грантовых мест остается невостребованной», — отметил он.

Недоволен Дастан Бекешев и качеством подготовки специалистов.

«Может быть, у нас и есть образованная, талантливая молодежь, однако то, что я сейчас встречаю... Наше образование способствует только апатии, какой-то некомпетентности. Учат по тем же учебникам, но мало практических знаний. Люди приходят, и они даже не умеют писать элементарно. Я уже даже не беру во внимание ошибки, формулировать мысли не умеют», — посетовал народный избранник.

Качество образования очень сильно упало. И это сейчас становится заметно по новым следователям, судьям.

Дастан Бекешев
С такой критикой в Минобразования, естественно, не согласны. Ситуация меняется, и только в лучшую сторону, заверяют чиновники.

Министерству нужны педагоги и аграрии

О востребованных специальностях, о том, почему не повышают проходной балл по Общереспубликанскому тестированию (ОРТ) и есть ли альтернатива тесту, 24.kg рассказал замминистра образования и науки Кудайберди Кожобеков.

— Какие направления советуете выбирать в 2019 году абитуриентам?

— Есть утвержденная методика по определению востребованных специальностей. Минтруда каждые пять лет дает нам прогноз. Плюс каждое высшее учебное заведение ежегодно представляет нам договоры с работодателями о трудоустройстве выпускников через четыре-пять лет. Исходя из этого, планируем набор.

По нашим требованиям уровень трудоустройства должен быть не ниже 80 процентов.

Кудайберди Кожобеков

Что бы мы ни говорили, необходимость в учителях есть и будет, так же как во врачах. Кто-то уходит на пенсию, растет количество частных учреждений, детских садов, школ.

IT-направление тоже востребованное, технические специальности (инженеры), те же сельхоз, горнодобывающая отрасль. Всего на 2019/2020 учебный год предусмотрено 5 тысяч 705 грантовых мест.

— Сколько молодых специалистов трудоустроилось по итогам 2018-го?

— В зависимости от направления от 60 до 95 процентов. Например, высокий процент в области IT.

Минобразования распределяет выпускников, обучавшихся на грантовых местах по педагогическим специальностям, Минздрав — медработников. Пока два-три года не отработают, документы об образовании не выдаем.

Отличников — на бюджет, троечников — на контракт

— Порог при поступлении в вуз по результатам ОРТ который год устанавливается в 110 баллов. Почему Минобразования не повышает его?

— Средний балл по ОРТ из года в год растет. Если в 2017-м было 117, то в 2018-м — 119, в этом году ожидаем еще выше. Самое главное, что растет понимание среди школьников и их родителей: если ты хорошо сдашь тест, то без проблем поступишь в вуз.

Раньше, как известно, были случаи снижения порога до 100 баллов, а то и 90 (а это почти двойка по пятибалльной шкале). Учитывая это, пока воздерживаемся от повышения. Получающих 110 баллов становится меньше с каждым годом. Все стараются подготовиться. В конкурсе на грантовые места проходят ребята с очень высокими баллами. Набравшие 110 в основном поступают на контрактные места.

— Даже если отучатся на контракте, они же будут потом специалистами. 110 баллов едва дотягивают до тройки. Вам самому не страшно оказаться у такого врача, отдать детей такому учителю? На педагогический идут не лучшие ученики, лишь бы куда-нибудь поступить...

— Были такие моменты. Но в последнее время, особенно на точные науки (математику, физику, химию), языки, историю, начали идти сознательно. Ведь, кроме работы в муниципальных школах, есть много возможностей зарабатывать в частных учреждениях, заниматься репетиторством. Особенно в начальную школу много желающих. Поэтому нельзя сказать, что на педагогический попадают слабые ребята.

Да, были времена, когда все хотели стать юристами, экономистами, но сейчас туда нет никакого ажиотажа. Абитуриенты, прежде чем поступить, уже задумываются о том, куда потом трудоустроятся.

Кудайберди Кожобеков
Гарантированное трудоустройство остается за учительскими местами.

— В этом году заканчивается контракт с Центром оценки в образовании и методов обучения (ЦООМО) по проведению ОРТ. Изменится ли механизм приема студентов в вузы?

— Пока ОРТ остается самым прозрачным механизмом для поступления в вузы, без коррупционных рисков. Поэтому тест будет продолжен. Объявим тендер, в котором смогут участвовать все желающие. Однако методика в любом случае останется.

Во всем виноваты стереотипы

— Как вы оцениваете качество подготовки специалистов в наших вузах?

— Раньше при оценке качества образования акцент делали на количественные критерии — сколько компьютеров, книг, квадратных метров, какой профессорско-преподавательский состав. А сейчас международный стандарт другой — цель подготовки и ожидаемые результаты.

Перед вузами ставится задача — дать высокий результат на выпуске. Есть внутренний механизм, возможность подтянуть слабых студентов, поставить им дополнительные курсы и подогнать по программе. Чтобы проверить качество программ в вузах, с 2017 года запустили институт независимой аккредитации. Таких агентств на сегодня шесть.

Нам говорят, что раньше было 250 тысяч студентов, а сейчас 160 тысяч, и это плохо. Это не плохо, а очень хорошо.

Если выпускник пришел трудоустраиваться и не умеет что-то делать, работодатель имеет возможность написать об этом в вуз или нам, мы передадим информацию в независимое аккредитационное агентство. Университет должен сделать вывод и решать проблему. Удовлетворенностью качеством обучения могут поинтересоваться не только у работодателей, но и у выпускников, их родителей.

Если все стороны дадут положительную оценку, только после этого вуз получит аккредитацию. Мы не имеем права в одностороннем порядке обвинять вуз в том, что он плохо готовит студентов. Если есть сертификат на пять лет, то в вузе гарантируют качество, значит, государство и общественность доверяют. Просто из-за стереотипов обвиняют в некачественной подготовке. Я понимаю, раньше так было, а сейчас уже другие времена и правила. Преподаватели после каждого занятия даже анкетирование среди студентов проводят, насколько те удовлетворены занятием.

— Стали ли преподаватели меньше брать взяток от студентов?

— Я постоянно говорю: почему они взятки берут? Потому что не было четкого задания для преподавателей, с них никто не спрашивал за качество. А сейчас завкафедрами, деканы перед ними ставят конкретные цели.

— То есть перестали брать взятки?

— Я не могу сказать, что перестали брать. Но у нас есть хорошая тенденция, чтобы от таких вещей избавиться. Цель не кого-то поймать и осудить, а заставить преподавателей работать, чтобы студенты показывали высокие результаты. Тогда им уже будет некогда другими вещами заниматься. С плохими преподавателями могут не продлить трудовой договор. Некоторые, конечно, могут сказать, что зарплата маленькая. Однако тогда, пожалуйста, освободите место, мы другого найдем.

— Желающих работать в университетах достаточно?

— Естественно. Если преподаватель такой ценный, то работодатель должен задуматься, как его удержать, если плохой, пусть освобождает место.

— Государство, получается, не ставит перед собой цель — повышать зарплату?

— Вузы за счет спецсредств могут доплачивать. Нет такого университета, работники которого сидели бы только на окладе. Некоторые профессора получают по 50-60 тысяч сомов. Это очень хорошая зарплата.

Мы составляем рейтинг наших преподавателей, чтобы кафедры привлекали лучших. Раньше собирали удобных, теперь нет.

Кудайберди Кожобеков
Ведем рейтинг программ, который доступен для абитуриентов на сайте Минобразования. Грантовые места будем распределять только среди лучших.

— В Кыргызстане более 50 вузов. Не раз говорили, что этого много для страны. Закрывать не планируете?

— Из 160 тысяч студентов 90 процентов обучаются в государственных вузах, а их у нас 31. Если мы начнем их искусственно закрывать, то министерство начнут обвинять в том, что мы мешаем конкуренции. Поэтому ужесточаются лицензионные требования при открытии учебных заведений. И благодаря аккредитации не каждый осмелится открыть вуз.

Планируем ввести сертификацию. После того как человек получил диплом, работодатель будет принимать еще один квалификационный экзамен, чтобы допустить к работе.

Кудайберди Кожобеков
Поэтому все знают: кто выдержит требования, те останутся, остальные сами закроются. Постепенно все вузы должны объединиться по собственной инициативе, чтобы быть конкурентоспособными.

Популярные новости
Бизнес