07:59
USD 89.12
EUR 95.10
RUB 0.95

О придуманных провокаторах: почему власти раздражает альтернативное мнение

На днях президент Кыргызстана дал очередное интервью в государственном СМИ и раскритиковал узбекскую редакцию радио «Азаттык» («Озодлик»), назвав ее провокатором.

По словам Садыра Жапарова, журналисты пытались ввести людей в заблуждение, сказав в сюжете, что «раньше Кемпир-Абад принадлежал Кыргызстану».

Я думаю, что им хозяева дают сильные указания. Не знаю, какая им польза от того, что между Кыргызстаном и Узбекистаном будут разногласия. Явно видны корыстные намерения «Азаттыка», которые преследуют цель разругать кыргызов и узбеков.

Садыр Жапаров

Это не первый случай, когда глава государства критикует СМИ. 26 августа он высказался о расследовании Kloop, в котором утверждалось, что родственники Садыра Жапарова и председателя ГКНБ Камчыбека Ташиева участвуют в строительстве академии футбольного клуба «Барселона», заявив, что такие издания, как Kloop, «приносят кыргызстанцам только вред и никакой пользы».

Спустя два дня прокурор Бишкека Эмильбек Абдыманнапов подал иск в суд о ликвидации общественного фонда Kloop Media.

Эксперты называют действия властей по отношению к независимым медиа силовыми методами расправы со свободой слова. Старая площадь — превентивными мерами по предупреждению и локализации угроз национальной безопасности и конституционному строю.

Безопасность vs угрозы

Аналитики отмечают — последние события подтверждают, что все заявления властей о сохранении свободы слова — это формальность, все заверения в приверженности демократии — пустой звук.

Власти и не скрывают, что медиа, критикующие чиновников и руководство страны, раздражают.

Подтверждая этот вывод, высокопоставленные госслужащие заявляют, что резонансные материалы журналистов, критика в соцсетях провокационны и угрожают национальной безопасности. Или как попытку дестабилизации — так, к примеру, охарактеризовали пост журналиста Олжобая Шакира. Напомним, он призывал граждан выйти на митинг 31 августа и заявлял, что выступает против передачи Узбекистану четырех пансионатов на Иссык-Куле. Олжобай Шакир водворен в СИЗО ГКНБ.

В список неудобных, а значит нежелательных и опасных ранее записали и расследователя Болота Темирова. Его выгнали из республики. В сопровождении сотрудников правоохранительных органов принудительно отправили в Россию. Поводом послужил материал о семейном бизнесе Камчыбека Ташиева.

То есть репортеров, как и их статьи или посты пользователей соцсетей, не согласных с официальным курсом, приравняли к угрозе национальной безопасности.

Хотя к проблемам госбезопасности относят совершенно другие факторы: вспышка вирусов, рост преступности, политическая радикализация, домашнее насилие. В последние годы в связи с глобальным потеплением еще изменение климата.

Но в конце 80-х годов прошлого века ученые обнаружили, что некоторые явления становятся угрозой не по каким-то объективным причинам, а в результате чьих-то целенаправленных политических усилий. Политолог Барри Бузан назвал такой процесс «секьюритизацией».

Во время пандемии COVID-19 политический раздел прошел между теми людьми и государствами, для кого это была просто инфекция, и теми, кто отнесся к вирусу как к экзистенциальной угрозе.

Вирус признавали угрозой национальной безопасности и боролись с ним полицейскими методами: закрывали границы, объявляли локдаун.

Исследователи тогда обратили внимание на то, что коллективные представления о том, что потенциально может угрожать безопасности, чаще всего воспринимаются как предельно объективные. То есть важны не то, насколько вероятно нападение соседней страны, рост преступности из-за иммиграции или числа смертельных исходов инфекции во время пандемии. Важно то, насколько люди этого боятся. Если боятся сильно, государству придется вмешаться.

Проще говоря, какой бы надуманной угроза ни была, из нее при умении и настойчивости можно создать повод для паники, политической мобилизации. Это все в совокупности приведет к очередному расширению полномочий государства.

По словам политолога Эмиля Джураева, проблема в том, что власть не готова дать возможность обществу полноценно изучить все доступные сведения о своих проектах, высказать свои соображения и учесть, опираясь на реакцию общества, те аргументы, которые особенно важны.

«Если у власти после того, как она услышала все замечания, есть резонные ответы, почему все-таки вариант того или иного договора или решения приемлемый и правильный, то это нормально. Плохо, когда чиновники особо и не стараются выслушивать такие аргументы, когда все их контраргументы сводятся к «вы все ничего не знаете, у вас у всех свои низменные интересы, вы преследуете корыстные цели и хотите навредить стране», — считает он.

Систематическая практика такого конструирования угроз и предоставления государству дополнительных полномочий для борьбы с ними и есть секьюритизация.

Все под контролем

В этом случае в интересах безопасности, об этом, по крайней мере, заявляют с высоких трибун, власти принимают ситуативные меры, которые не решают системных проблем. Иными словами, занимаются имитацией бурной деятельности.

Но для государства сам факт реакции на предполагаемую угрозу важнее, чем ее эффективность. Представителям правящей верхушки необходимо продемонстрировать гражданам и политической элите, что государство, которым они управляют, умеет распознавать и пресекать угрозы, что оно могущественно и у него все под контролем.

В качестве примера можно привести так называемое кемпир-абадское дело. Его фигурантам инкриминируют несколько статей Уголовного кодекса КР, в частности, «Покушение на организацию массовых беспорядков» и «Попытка насильственного захвата власти». Но во фрагментах обнародованного следствием разговора со встречи активистов и политиков, произошедшей накануне задержания, 22 октября 2022 года, речь шла лишь о митингах против передачи Кемпир-Абада Узбекистану.

Призывов захватить власть или вооружить участников акций протеста, чтобы они напали на сотрудников милиции, у активистов не звучало даже в контексте.

Однако в МВД рассуждения о том, чтобы провести мирные собрания по всей республике, расценили как намерение устроить переворот. О том, что обычная беседа в кофейне подтверждает факт покушения, заявлял и официальный представитель власти Эдиль Байсалов.

«Здесь бывший председатель ГКНБ Дуйшебаев (Кенешбек Дуйшебаев, он тоже под арестом. — Прим. 24.kg) ясно говорит, что цель — переворот. А Асанов (арестованный экс-губернатор Джалал-Абадской области Бектур Асанов. — Прим. 24.kg) отвечает: «Либо мы посадим, либо нас». Это заговор против демократии. Покушение на Конституцию и народ», — говорил он.

Садыр Жапаров, когда распекал журналистов и призывал общество «не вестись на провокации СМИ», тоже вспомнил Кемпир-Абад.

На самом деле потока «намеренной дезинформации», подрывающей отношения соседних государств, нет. Но усилиями политиков публикации в СМИ с вопросительной риторикой по выгодному решению тех или иных приграничных вопросов, к примеру, трактуются властями как угроза национальной безопасности, то есть секьюритизируются.

Однако многие мировые и национальные проблемы можно и нужно десекьюритизировать. Но, как именно отличить реальные угрозы от надуманных, пока не вполне понятно. Эксперты спорят об этом последние 30 лет и к единому выводу так и не пришли.

Популярные новости
Бизнес