16:10
USD 89.12
EUR 94.98
RUB 0.95

Срок за собственное мнение. Как власти формируют послушное большинство

Первомайский районный суд Бишкека изменил меру пресечения на домашний арест некоторым членам комитета по защите Кемпир-Абадского водохранилища.

В обществе заговорили о наступлении оттепели в отношениях власти и оппозиции, ссылаясь на то, что в Кыргызстане освобождение политзаключенного — это прежде всего политическое решение, как, впрочем, и его арест.

Однако ряд экспертов склоняется к мнению, что говорить об этом преждевременно. Отпущенных из бишкекского СИЗО-1 и тех, кто остается за решеткой, обвиняют в попытке организации массовых беспорядков с целью захвата власти. По этим эпизодам фигурантам дела грозит от 7 до 15 лет лишения свободы. Впереди суд, и в зависимости от приговора станет понятно, достигли ли стороны компромисса.

Не перегрузка

На всем протяжении новейшей истории страны власти, используя Фемиду, расправлялись со своими оппонентами. От решения сверху зависят как инкриминируемая статья, так и наказание.

Так называемое кемпир-абадское дело — лишнее тому доказательство. По словам эксперта Нурсултана Акылбека, об изменении меры пресечения ходатайствовало следствие. Активистов отпустили, подтвердив тем самым укрепившееся в обществе мнение, что дело, по сути, надуманное, а последовавшие за ним массовые аресты — директива сверху.

«Сейчас все зависит от того, что будет с остальными фигурантами, которые остаются за решеткой. Их более 15. Так как судебная система, правоохранительные органы являются ручными, можно сделать вывод о степени благородства властей или, наоборот, о мстительности, попрании ими основных ценностей государства и злоупотреблении», — считает Нурсултан Акылбек.

Он отметил, что сейчас единой оппозиционной силы, которая могла бы представлять чаяния протестного электората, в стране не существует. Но властям не стоит обольщаться. Это последствие не конструктивной политики, а репрессий. Страх оказаться на нарах заставляет политиков быть сдержанными и искать диалога со Старой площадью.

Политолог Игорь Шестаков считает, что неактивность оппозиции объясняется несколькими факторами. Первый — отсутствие лидера. Бывший президент Алмазбек Атамбаев, по мнению эксперта, судя по его выступлению, посвященному очередной годовщине событий 7 апреля 2010-го, не планирует вставать в авангарде оппонентов власти. Второй — нет финансовой мотивации для организации многотысячных митингов. Третий — нет заинтересованности внешних игроков.

Пока мы можем говорить о том, что в республике стабильная общественно-политическая ситуация. Но то, что на улицах тихо, не означает, что где-то за кулисами не идет подготовка к каким-либо народным выступлениям.

Игорь Шестаков

Что касается вышедших под домашний арест отдельных членов комитета по защите Кемпир-Абада, то это можно воспринимать, как полагает он, не как «перегрузку», а как признание со стороны «верхушки», что именно эти конкретные граждане не представляют угрозы. Поскольку массовых акций протеста с требованием немедленно отпустить арестантов не было, недовольство и критика ограничивались соцсетями, значит, и поддержки среди населения у них нет.

Думайте своей головой

Это с одной стороны. С другой — изменение меры пресечения по кемпир-абадскому делу можно расценить как и знак того, что в действиях властей появился проблеск здравого смысла. Изначально у этого дела не было судебной перспективы. А водворение в следственный изолятор 27 человек после интервью президента, в котором он заявил, что «есть информация, кто стоит за митингами и шествиями по Кемпир-Абаду», негативно повлияло не только на имидж власти, но и всей страны в целом.

Если вменяются деяния по политическим статьям, это означает — человека судят не по букве закона, а по политическим и идеологическим принципам: важно не то, что именно он сделал, а то, имел ли политические мотивы.

Получается, главное преступление, по отношению к которому даже убийство вторично, — это политическая неблагонадежность.

«Исходя из той информации, которая была в открытом доступе, давать тюремные сроки практически не за что. Обсуждать социально-политическую ситуацию, даже критиковать власть имеет право любой гражданин, а доказательств того, что они готовили какие-то противоправные действия, пока никто не представил. Возможно, такая информация где-то есть и позже на суде появится, но я пока сильно сомневаюсь в этом. Поэтому лучшая стратегия для власти — это прекратить дело», — сказал директор Центра политико-правовых исследований Тамерлан Ибраимов.

В интересах любой действующей власти иметь постоянно налаженный диалог с ключевыми оппозиционными силами и держать руку на пульсе. Это выгодно и самим властям, и в целом процессу демократического развития страны.

Тамерлан Ибраимов

Директор правовой клиники «Адилет» Чолпон Джакупова напомнила: к уголовному делу, в котором фигурируют члены комитета по защите Кемпир-Абада, приковано пристальное внимание Вашингтона и Брюсселя. И все потому, что оно беспрецедентно по количеству процессуальных нарушений в отношении фигурантов. А само уголовное преследование подтверждает, насколько правоохранительная и судебная системы политизированы и зависимы.

Чолпон Джакупова призвала прокуроров и судей, ответственных за законность в республике, принимать решения самостоятельно в соответствии с Конституцией и законом, независимо о того, откуда идет давление — со Старой площади, из Европы или из-за океана.

«Надо научиться быть самостоятельными. Но, судя по лентам новостных агентств, вопросы СМИ и Кемпир-Абада были в повестке дня обсуждения Блинкена (госсекретарь США Энтони Блинкен. — Прим. 24.kg). Могу сказать только одно: боже, храни Америку, которая правами граждан Кыргызстана больше озабочена, нежели кыргызские власти», — отметила она.

В дополнение юрист вновь потребовала вернуть правосудие из политической плоскости в юридическую.

Размен фигур

Эксперты указывают и на то, что из-за угрозы сесть в тюрьму за несогласие с позицией властей или критический комментарий в соцсетях обозначился риск нивелирования оппозиции как политической силы.

Аналитик Наргиза Мураталиева подчеркнула, что оставшиеся оппозиционные политики, скорее, формально служат «витриной» для поддержания демократических атрибутов. Оппоненты официального курса разрознены и не имеют влияния на народные массы.

«Говорить о некой оттепели между властью и оппозицией можно было бы при условии наличия и функционирования системной оппозиции, чьи голоса и предложения могли бы быть услышаны во власти. Однако возможности оппонентов сильно ограничены, их функционирование сковано бюрократическими требованиями, а давление на независимые масс-медиа продолжается. Как итог — наши страновые рейтинги падают, а поле для коммуникаций с властью сужается», — заметила эксперт.

Последние события, скорее, демонстрируют стремление властей улучшить свой имидж, особенно в контексте того, что эти решения принимаются во время священного для мусульман республики месяца Рамазан.

Наргиза Мураталиева

На этом фоне в противовес активному гражданскому сектору формируется молчаливое большинство, выполняющее запрет на публичные высказывания. Именно этому большинству под видом идеологии власти предлагают более-менее комфортную пустоту, где слово «оппозиционер» практически превратилось в ругательство.

Популярные новости
Бизнес