Финны сумели превратить миф о Лапландии в мощную туристическую индустрию, где каждая эмоция имеет свою цену. Северное сияние, Санта-Клаус, олени и хаски — все это не просто символы, а продуманная бизнес-модель.
О том, как работает система и почему Кыргызстан может зарабатывать на своей культуре не меньше, рассказал в интервью 24.kg руководитель компании Ethno Yurts Камчыбек Замирбеков.
— Вы были в Лапландии. Что вас удивило больше всего? Каким опытом можете поделиться с кыргызстанцами?
— Финны — очень креативные люди. Помните сказки из нашего детства о Лапландии? Изначально эта мифическая страна появилась в произведениях финских авторов как холодное место, где живет Снежная королева. У нас также всегда были ассоциации с родиной Санта-Клауса.
Но все это недолго оставалось на страницах книг. В какой-то момент финны подумали: если люди верят в сказочную Лапландию, почему бы не превратить ее в реальную туристическую локацию?
Уже в аэропорту Рованиеми мы погрузились в сказку. Все выглядело как в новогодних фильмах: офис Санта-Клауса, его почта, эльфы, праздничная атмосфера. Нас поразило, насколько это коммерциализировано — буквально каждый шаг стоит денег.
Например, встреча с Сантой в его офисе — 150 евро. На прием к нему нужно записываться заранее. Если в заявку включить подарок от него, придется заплатить около 1 тысячи евро.
Другой символ — хаски. Эти животные также приносят немалый доход местной казне: несколько минут катания на собачьей упряжке стоит 200 евро с человека.
И знаете, люди едут в Финляндию. Они берут детей, родных и не жалеют денег, потому что это сказка, живые эмоции и впечатления. Новогодний сезон там длится примерно два месяца, и все это время бесконечный поток туристов.
— По данным ООН, финны много лет подряд считаются самыми счастливыми людьми в мире. С этим можно согласиться?
— Я бы поспорил. Они, как и мы, загружены семейными заботами и проблемами. Трудно сказать, что у них идеальная жизнь. Мы пробыли там месяц и видели разное. В целом все, как у нас.
— В каких условиях вы ставили юрты? Было очень холодно?
— Мы установили восемь жилых юрт и четыре выставочные. Заказчиками выступили финны, у которых собственный экогородок. Они решили дополнить атмосферу нашими юртами. Работа заняла время. В первые дни было очень холодно — температура опускалась до —42 градусов. Работали в сложных условиях.
Но все компенсировалось невероятно красивой локацией и чистым воздухом. В Лапландии большое внимание уделяют экологии. Например, для отопления юрт заказчики используют только сухую, чистую древесину. Электричество доступно благодаря атомной станции.
— У нас с этим есть проблемы?
— Да, и немалые. У нас ставят юрточные городки, но не умеют правильно их отапливать. Юрты сыреют и быстро приходят в негодность. Их нужно защищать не только от дождя, но и от солнца.
Не соблюдая элементарных правил эксплуатации, владельцы приходят к выводу, что это слишком трудозатратно и финансово сложно. Что они делают? Начинают строить A-frame — треугольные домики в форме буквы «А», где крыша одновременно служит стенами. Или капсульные дома.
Но ни тем, ни другим невозможно удивить иностранцев. Таких домов в Европе очень много. В Кыргызстан они едут именно за юртами — чтобы пожить в экологически чистых условиях.
Камчыбек Замирбеков
К сожалению, многие бизнесмены этого не понимают. Их интересует только текущая прибыль, а стремления вкладываться, развиваться, обучаться, получать опыт и меняться нет.
— Как было в вашем случае? Вы помните свою первую юрту?
— В 2010 году я был студентом и всегда искал возможность содержать себя. Тогда только начался завоз железных юрт из Китая.
Мой жезде (муж сестры) работал на таможне и видел, как люди перевозят их через границу. Одну такую юрту он заказал для родственников. Моя мама увидела ее и загорелась идеей заказать такую же — уже для наших родственников.
В то время в нашем селе жили 6–7 тысяч человек, а юрты были только у двух семей — и те старые, прохудившиеся. Раньше их в основном ставили на похороны. Мама решила, что пора обновить юрту для таких случаев. Она собрала деньги среди родственников. Тогда юрта стоила примерно 20 тысяч сомов вместе с логистикой и оплатой «на чай» человеку, который ее доставлял.
Так у нас появилась новая юрта. Я подумал: почему бы самому не заказывать их и перепродавать?
Камчыбек Замирбеков
У меня не было денег, поэтому я просто сфотографировал нашу юрту и разместил объявление на популярном тогда форуме «Дизель». Я указал цену 30 тысяч сомов и условие: предоплата 50 процентов, доставка через 15 дней.
Только через месяц появился первый клиент. Я получил 15 тысяч сомов предоплаты. Позвонил родственнику на таможню — тому самому, который помог привезти первую юрту.
Через знакомых водителей он заказал юрту из Китая. Помню, она прибыла на рынок «Мадина» примерно в шесть утра. Туда же я пригласил клиента. На месте я получил оставшиеся деньги.
Позже жезде признался, что юрта стоила 18 тысяч сомов, потому что еще 3 тысячи ушло на логистику и дополнительные расходы. Но тогда он мне этого не сказал — хотел поддержать меня в первом бизнесе.
Получив вторую часть денег, я сразу отдал их водителю автобуса и заказал еще одну юрту.
Сегодня наши юрты устанавливают по всему миру. Мы не просто продаем, но и сами их производим. Например, мы ставили юрты в Канаде — в лесу возле Монреаля. У нас есть опыт установки в США и во многих других странах.
— Какие проекты у вас сейчас?
— В ближайшие две недели планируем установку юрт в Омане, ОАЭ, Турции и Узбекистане.
Сейчас работает около 150 человек. Я считаю всех, кто так или иначе причастен к созданию юрты. Мы, например, закупаем шырдаки в Нарыне, нити в Баткене и так далее.
— Какая у вас философия бизнеса?
— Он должен приносить пользу, прежде всего, государству. Больше налогов — значит больше продаж, больше рабочих мест, выше зарплаты, сильнее экономика.
Я не ставлю личную прибыль на первое место. Мне важно понимать, что за счет моих налогов выплачивают пенсии и зарплаты учителям.
— Каким человеком вы себя считаете?
— Я был интровертом. Вырос в горах, людей было мало, играл в основном с сестрой. В медицинском университете начал раскрываться — стал старостой курса.
Я старший сын, с детства меня учили ответственности: перед собой, родителями, обществом.
Камчыбек Замирбеков
При этом у меня есть принцип — никого и никогда не ставить выше себя. Я сам для себя должен быть на первом месте. Нужно заботиться о ментальном здоровье: сначала наполняешь себя, потом можешь давать другим.
— Считаете ли вы себя счастливым?
— Да. Благодаря работе я посетил около 18 стран, в некоторых был с женой. Помогаю родителям, обеспечен жильем, финансово стабилен, плачу налоги.
Многие семьи кормятся благодаря работе нашей компании.
У меня четверо детей, которым я стараюсь посвящать все свободное время.
