Работа за рубежом: как получать 300 тысяч сомов и не стать жертвой мошенников

В последние годы все больше граждан Кыргызстана уезжают за границу на легальную работу. О том, какие направления сегодня доступны, как проходит отбор, с какими трудностями сталкиваются трудовые мигранты и как не стать жертвой мошенников, 24.kg рассказал директор Центра трудоустройства граждан за рубежом при Министерстве труда, социального обеспечения и миграции Бактыбек Кудайбердиев.

— Куда сегодня реально могут уехать работать кыргызстанцы? Какие страны открыты в 2026 году?

— У нас есть два основных и действительно рабочих направления — это Южная Корея и Великобритания. С Кореей мы сотрудничаем восемь лет. Это полностью государственная программа, стабильная и прозрачная. С Великобританией начали в 2022 году. Тогда квота составляла всего 1 тысячу человек, но по факту мы отправили около 1,5 тысячи. В 2025 году на фермы Великобритании выехали более 11 тысяч граждан Кыргызстана.

Это важный показатель. Он говорит о том, что Кыргызстан за короткое время зарекомендовал себя как надежный партнер. В этом огромная заслуга самих трудовых мигрантов.

Что надо знать о работе в Великобритании

— За счет чего удалось сохранить доверие британской стороны? Ведь требования там очень строгие.

— Ключевой фактор — строгое соблюдение миграционных правил. Каждый контракт четко прописывает обязательство вернуться на родину после завершения работы, и наши граждане выполняют это условие в 99,99 процента случаев.

Оставшиеся 0,01 процента — это, как правило, девушки, которые подают на политическое убежище. Чаще всего они ссылаются на семейные обстоятельства: давление со стороны родственников, принуждение к браку. Британская сторона очень серьезно относится к таким вещам.

За все время сотрудничества в Великобритании осталось 75–77 граждан Кыргызстана. Для сравнения: у некоторых соседних стран этот показатель доходит до 1 процента, и это считается тревожной статистикой.

— Часто говорят, что попасть на работу в Англию — значит пройти «все круги ада». Насколько это соответствует реальности?

— Сложности есть, но ничего запредельного. Раньше процесс действительно был тяжелым: регистрация проходила офлайн, люди съезжались со всей страны, стояли в огромных очередях, доходило до конфликтов и даже драк.

Сейчас регистрация полностью онлайн, но и здесь свои нюансы. Ранее британская сторона открывала систему всего на 10–15 минут, и за это время успевали зарегистрироваться около двух тысяч человек. Только эти первые записавшиеся люди и претендовали на поездку в Англию. После переговоров нам удалось добиться, чтобы сайт открывали на несколько часов и все желающие могли подать заявку.

В итоге зафиксировали около 79 тысяч заявок — это колоссальный поток. Из них отбор прошли примерно 6 тысяч человек, и около половины выехали на работу.

— Наверняка на этом этапе активизируются мошенники?

— Конечно. Сразу появились посредники, которые за 20–30 тысяч сомов «гарантировали» регистрацию. Мы постоянно подчеркиваем: все государственные программы бесплатны, никому платить не нужно.

Сейчас действует жесткое правило: один номер телефона — один IP-адрес — одна анкета. Если, например, десять человек попытаются зарегистрироваться с одного Wi-Fi, система пропустит только одного. Это сделали, чтобы отсечь любые махинации.

— Регистрация — это только первый этап?

— Да, и далеко не самый простой. Сначала анкеты проверяет компьютер. Любые ошибки, несоответствия или неточности сразу отсеиваются. Затем требуется видеоподтверждение — короткий ролик на 10–15 секунд, где человек рассказывает о себе, своих целях и мотивации.

Для британской стороны это одно из важных требований. После работодатели приезжают лично и проводят очные собеседования.

— Нужно ли знать английский язык?

— Нет. Достаточно хорошо владеть русским языком. На фермах работают бригадиры из Румынии, Болгарии и других стран Восточной Европы — большинство из них свободно говорит по-русски.

— Какие требования считаются самыми жесткими?

— Это возраст, знание русского языка и умение пользоваться смартфоном. Большое преимущество у кого есть водительские права или удостоверение тракториста.

Есть фермы, где берут только женщин, например, грибные хозяйства. Есть работы исключительно для мужчин. В целом оптимальный возраст — 25-30 лет. Это люди, которые физически выносливы и психологически готовы к нагрузкам.

— Бывают случаи досрочного возвращения?

— Да. Работа физически тяжелая. Иногда человеку предлагают перейти на другую ферму. Но если он не выдерживает нагрузку или нарушает дисциплину — употребляет алкоголь, отказывается от работы — контракт расторгают и организуют возврат на родину.

— Есть истории успеха, которыми вы делитесь с мигрантами? Как вы мотивируете людей, учитывая, что работа тяжелая?

— Я часто привожу в пример схему «1+1», которая действует в Великобритании. Сначала выезжает один человек. Если он зарекомендует себя как ответственный и надежный работник, его приглашают повторно — напрямую и без нашего участия. Ему не надо регистрироваться и проходить собеседование. Более того, он может привести с собой еще одного человека, за которого готов поручиться.

Я рассказываю об этом мигрантам, которые едут впервые. Знаю парня из Араванского района, который шаг за шагом обеспечил работой почти всю семью: жену, братьев, сестру и даже маму. Ей больше 60 лет, но он убедил работодателя, что она будет готовить еду для семьи. В итоге они меньше времени тратили на быт, производительность выросла, и работодатель остался доволен. Однозначно, он будет приглашать их на каждый сезон.

Южная Корея: знания важнее сертификатов

— Почему Корея остается популярной столько лет?

— Там можно работать и параллельно учиться. Основное требование — знание корейского языка и хорошее здоровье.

Раньше мы требовали сертификаты, но рынок быстро «испортился»: документы начали продавать. Более 80 процентов кандидатов с сертификатами проваливали тесты. Сейчас главное — не бумага, а реальные знания.

Регистрация проходит онлайн: языковой тест, проверка физической выносливости и тест на дальтонизм. Из двух тысяч зарегистрированных проходят около 200–250 человек. Их анкеты попадают в реестр соискателей Министерства труда Кореи.

— Коррупции нет?

— Абсолютно. Отбор проходит по аукционной системе: работодатель задает параметры, компьютер подбирает кандидата из базы, где претенденты из 17 стран. Сначала рассматривают аудиовизитку, затем фото — все прозрачно. Многие после работы покупают автомобили и отправляют их в Кыргызстан, получая дополнительный доход.

Турция по-прежнему в тренде

— Турция по-прежнему популярное для работы направление?

— Да, она востребована, в основном это отельный и туристический сектор. Контракты, как правило, заключают на шесть месяцев. Раньше в этом направлении активно работали только частные агентства, которые забирали до 50 процентов первой зарплаты мигранта.

В этом году мы запустили пилотный государственный проект — регистрация полностью бесплатная. По условиям работы это те же позиции, что и у частных агентств: официанты, горничные, повара, сотрудники ресепшн.

Очень важно знание языков. Чем больше их человек знает, тем выше его доход. В среднем за каждый дополнительный язык работодатель готов доплачивать около $100.

Персидский залив, Словакия и Сардиния

— Как обстоят дела с работой в Катаре? Что требуют работодатели там?

— Английский должен быть хороший, потому что работа в сфере услуг, надо много общаться с туристами. Те, кто владеет английским, уезжают за границу даже без нашего участия. Рынок там конкурентный, но и заработки соответствующие.

— В 2025 году вы открыли новое направление — Словакию. Что это за программа?

— Да, 7 января мы отправили первых 10 человек в Словакию по прямому договору. Речь о водителях пассажирского транспорта. Всего словацкая сторона планирует принять около 100 человек.

В конце января и начале февраля сформируем новые группы — по 10–15 человек. Это хороший пример точечной, профессиональной миграции, где востребованы конкретные навыки.

— В 2023 году вы подписали контракт с островом Сардиния. Что это за направление?

— Формат работы как в Великобритании — сельское хозяйство. Итальянская сторона сама проводила отбор, мы лишь сопровождали.

Однако возникла проблема: визу нашим гражданам не выдали. Мы начали разбираться и выяснили, что дело не в кандидатах, а в работодателе. Условия труда не соответствовали стандартам, а работодатель отказался вкладываться в их улучшение. Сотрудничество остановили.

Япония и карьера

— Есть ли трудовая миграция в Японию?

— Есть, но небольшая. Ежегодно туда уезжают 10-11 человек. Закон жестко требует знания японского языка.

В 2025 мы подписали соглашение с Министерством здравоохранения Японии. Чтобы пригласить иностранного работника, компания должна получить разрешения сразу от трех министерств — это сложный и длительный процесс.

В августе мы запустили бесплатную программу изучения японского языка. К декабрю все 30 участников получили сертификаты и подали заявки на тестирование. Зарплаты там высокие, есть перспективы карьерного роста. Я видел наших ребят, которые выросли до руководящих должностей в отелях.

Россия и черные списки

— В Россию по-прежнему выезжают массово? Вы помогаете мигрантам находить работу?

— С российской стороной у нас более 25 соглашений. Вроде бы неплохие заработки, но желающих воспользоваться именно этими предложениями немного. В основном в Россию едут по рекомендациям родных и знакомых. По нашим подсчетам, около 300 тысяч граждан Кыргызстана работают там.

Но есть серьезная проблема — так называемые черные списки. К нам ежедневно обращаются 600-700 человек, которые сталкиваются с запретом на въезд в Россию. Основные причины — неоплаченные штрафы, кредиты и административные нарушения. Мы всегда советуем: прежде чем выезжать, проверяйте свой статус заранее, чтобы не оказаться в сложной ситуации на границе.

— Если человек в черном списке, вы можете помочь выйти из него?

— В этом случае наша задача только информирование. Исключением из черного списка занимается представительство нашего министерства в России. Граждане должны обращаться туда письменно. Но практика показывает, что выйти из списка крайне сложно.

«Караван безопасной миграции»

— Вы как-то информируете население? Много сомнительной рекламы в интернете о работе за рубежом...

— Конечно. Мы проводим так называемый «Караван безопасной миграции». Ездим по городам и селам, встречаемся с людьми, объясняем, как вести себя за границей, как не попасть на удочку мошенников. Напоминаем, что нужно возвращаться домой. Если мигранты начнут массово оставаться в стране пребывания, программы могут закрыть, и другие не смогут поехать на заработки.

Мы провели эксперимент: наняли актеров и установили будку с вывеской «Работа в Англии». Из 100 откликнувшихся на объявление людей 10 были готовы сразу выложить $1 тысячу «посредникам», даже не задавая вопросов.

— Бывают ли несчастные случаи среди мигрантов, которые уезжают по государственным программам? Что вы делаете в таких ситуациях?

— К сожалению, да. В 2025 году, например, в Великобритании умерла девушка. Она жила отдельно, в то время как большинство размещаются по двое. Сначала она жаловалась на плохое самочувствие, но выяснилось, что употребляла алкоголь. Организацию отправки тела взял на себя работодатель.

В целом наше ведомство занимается не только трудоустройством — мы полностью оплачиваем репатриацию «груза 200», чтобы тело гражданина вернулось на родину без лишних затрат для семьи.

— Что бы вы сказали тем, кто только планирует уехать на заработки?

— Легальная трудовая миграция — это реальный шанс заработать, поддержать семью и увидеть мир. Но только при одном условии — если не нарушать правила. Именно поэтому Кыргызстану доверяют и открывают новые квоты и новые направления.