14:24
USD 84.76
EUR 100.89
RUB 1.16

О нестандартных решениях и большой прибыли. Неудобные вопросы главе Нацбанка

Фото НБ КР. Председатель Национального банка Толкунбек Абдыгулов

В эксклюзивном интервью 24.kg председатель Национального банка Толкунбек Абдыгулов объяснил, откуда у НБ КР рекордная прибыль в кризисный год и почему НБ КР не поддерживает законопроект депутата Саматбека Ибраева.

— Подошло время ежегодного традиционного отчета Национального банка перед парламентом. Согласно ему, прибыль НБ КР за прошлый год выросла в три раза. Как так получилось, что в кризисное время, когда у всех все плохо, прибыль Нацбанка растет?

— Прошлый год для экономики страны был сложным. Национальному банку пришлось делать нестандартные ходы, принимать непростые решения, чтобы сохранить финансовую стабильность, влиять на экономические процессы. Нам это удалось. Наш прогноз, что цены на золото продемонстрируют рост, оправдался. Мы своевременно, еще до кризиса, купили золото и вот оно, как мы и прогнозировали, выросло в цене.

Кстати, в августе прошлого года был достигнут исторический максимум по объему золотовалютных резервов — свыше $3 миллиардов. Плюс в прошлом году мы продали на валютном рынке $518 миллионов и выиграли за счет курсовой разницы.

Прибыль НБ КР в 2020 году составила 8,5 миллиарда сомов. Из них 7,6 миллиарда сомов перечислено в бюджет.

Так что секрет прибыли Нацбанка в грамотном анализе всех возможностей, последствий и рисков и принятии решений только на этом основании.

— Решение отключить SWIFT во время октябрьских событий тоже взвешивали и анализировали? Это было, скажем так, дерзко.

— Конечно, взвешивали и анализировали. В бэкграунде Кыргызстана есть события 2010 года. Во время подобных событий есть опасность неконтролируемого вывода государственных средств. Даже коротким периодом безвластия могут воспользоваться разные лица, потому что отконтролировать счета госпредприятий, министерств, ведомств практически невозможно. И потом их будет сложно найти и вернуть. Поэтому, как только произошли октябрьские события, Нацбанк отключил SWIFT, чтобы в первую очередь защитить интересы государства.

Да, у кого-то «горели» контракты, кто-то письменно к нам обращался, просил открыть SWIFT, но, если в стране революция, это же форс-мажор.

Толкунбек Абдыгулов 

Мы переживали за свободные средства госпредприятий, того же «Северэлектро» или Соцфонд. Там же тоже был бардак в то время. А если бы кто-то взял деньги и перевел, потом вернуть же тяжело. Поэтому, чтобы обезопасить страну, было принято это решение. Это было тяжелое решение. Но, поскольку все деньги на счетах сохранились, значит, все было сделано правильно.

— Почему растут цены и что может предпринять Нацбанк, чтобы как-то повлиять на ситуацию?

— Есть такое понятие — импортируемая инфляция. То есть, когда рост цен на товары и услуги обусловлен внешними факторами. В том числе колебаниями валютных курсов, подорожанием продукции за границей.

Именно импортируемая инфляция является основной причиной роста цен, а не изменение курса доллара, как многие считают. Смотрите, курс доллара вырос за последнее время только на 19%, а цены выросли в разы.

То есть, я хочу сказать, что обменный курс является лишь частью этого процесса.

Национальный банк может повлиять на обменный курс и сужение денежной базы. И мы это делаем. Но в цены здесь «вмешиваются», скажем так, внешние факторы.

— Нацбанк хочет вновь повысить уставной капитал банков. Зачем это делается? Вы пытаетесь сократить количество банков или видите какую-то угрозу?

— Национальный банк не ставит перед собой цель сократить количество банков. Наша цель — это финансовая устойчивость банковской системы и стимулирование способности коммерческих банков противостоять рискам. Уставной капитал банка — это «подушка безопасности» для его клиентов. Чем больше уставной капитал, тем более дешевые кредиты смогут выдавать коммерческие банки.

Есть и другое обстоятельство, заставляющее нас настаивать на необходимости повышения уставного капитала.

К 2025 году страны ЕАЭС должны сформировать единый финансовый рынок. Это означает, что станут взаимно призваться лицензии, коммерческим банкам станет легче и проще «заходить» на внутренние рынки стран — участниц ЕАЭС. Повышение уставного капитала сделает наши коммерческие банки более конкурентоспособными.

Чтобы наша финансовая система была готова к этому, и нужно повышать уставной капитал коммерческих банков, чтобы они были более конкурентоспособные. 

Толкунбек Абдыгулов 

— О скандальном законопроекте депутата Саматбека Ибраева о развитие финтеха. Почему Нацбанк против инициатив депутата?

— Есть несколько моментов, против которых мы выступаем. Депутат хочет, чтобы Национальный банк дал послабление для финтехкомпаний по уставному капиталу. Но разве это справедливо, требовать от коммерческих банков уставного капитала в 600 миллионов сомов, а от компаний финтеха всего в 18 миллионов, или всего 3 процента от требуемого для банков уровня? При том что и те и другие проводят банковские операции. Требования, и это подтверждают многие именитые международные аналитики и эксперты, и к банкам, и к финтеху должны быть одинаковыми.

Это способствует развитию конкурентной среды и не дает никому никаких преференций.

Второе — депутат предлагает разрешить финтехкомпаниям открывать счета в Национальном банке. Это ставит под удар всю банковскую систему, Национальный банк, да и всю экономику страны. Национальный банк должен будет отвечать за тысячи платежей финтехкомпаний. А если вдруг какой-то платеж одной из таких финтехкомпаний подпадет под признаки подозрительных операций, определенных законодательством по противодействию финансированию терроризма и отмыванию доходов, полученных преступным путем, то нам могут заблокировать корсчета в США или Европе. Тогда мы не сможем проводить какие-либо платежи, включая платежи по счетам кабинета министров.

Такое предложение депутата — это неоправданный риск для всего нашего государства.

Толкунбек Абдыгулов 

Далее, Саматбек Ибраев предлагает разрешить хранить золото финтехкомпаний в хранилище Национального банка. Здесь есть и вопросы безопасности, и вопросы сохранения государственной тайны. Тем более что есть мировой опыт, центральные банки таких услуг не предоставляют.

И, наконец, уважаемый депутат хочет, чтобы Нацбанк был ответственен за создание финансового центра. Но это выходит за рамки наших полномочий.

К сожалению, Саматбек Ибраев наши аргументы не слышит и утверждает, что Нацбанк против финтеха.

— Безосновательное утверждение?

— Конечно, на 100%. Финтех в Кыргызстане, в том числе и в банковском секторе, развивается вполне успешно. Все нормативные документы, регламентирующие развитие финтеха Национальным банком приняты и приняты задолго до законопроекта депутата Ибраева. Например, еще в 2019 году нами были разработаны и приняты «Основные направления цифровой трансформации банковских услуг на 2020-2021 годы». А 27 марта 2020-го НБ КР принял Концепцию развития цифровых платежных технологий в Кыргызской Республике на 2020-2022 годы, вместе с дорожной картой по ее реализации. Данной концепцией определены приоритетные направления развития цифровых платежных технологий с учетом прогрессивного мирового опыта.

Мы внедрили режим так называемой регулятивной песочницы для компаний, предлагающих инновационные финансовые продукты.

На сегодня это практическая возможность для внедрения инновационных технологий в своей деятельности. Уже есть заявки, одна одобрена, остальные изучаются.

— Нацбанк часто критикуют за покупку «Росинбанка», который сейчас называется «Керемет банк». Как вы считаете, это справедливо?

— История этого банка — тема для отдельного интервью. Но если коротко, то в свое время «Росинбанк» был одним из крупнейших банков в стране. В 2017-2018 годах мы занимались тем, что «сдували» его. Не разрешали брать новые вклады, чтобы снизить количество клиентов и рисков.

Но все равно банк оставался достаточно крупным, численность его клиентов составляла порядка 100 тысяч наших граждан, вкладчиков и предпринимателей.

Толкунбек Абдыгулов 

Когда у него начались сложности, возникла необходимость в средствах для их возврата вкладчикам.  А денег на это у них не было. Тогда Нацбанк для разрешения кризиса ликвидности дал банку кредит в 300 миллионов сомов под залог акций банка. НБ КР также потребовал от акционеров докапитализации банка на сумму на менее 300 миллионов сомов.

Банк акционеры не капитализировали, кредит не вернули, в результате НБ КР стал обладателем контрольного пакета акций банка. Но проблема никуда не делась, потому что у банка есть сложная история и пакет проблемных кредитов. Поэтому проблему с банком надо было решать, проводить капитализацию. Хочу отметить, что все решения по капитализации и участию в капитале обсужались и принимались обсуждались  совместно с правительством Кыргызстана.

Надо понимать, что в случае банкротства «Росинбанка» у нас ушли бы годы на восстановление доверия населения к банкам.

То, что НБ КР стал акционером этого банка, было вынужденной мерой. Кстати, ничего нового мы не сделали. Это стандартная международная практика. Для Нацбанка важна стабильность всей банковской системы, а не отдельного банка. Нам проще помочь одному банку сейчас, чем потом получить цепную реакцию и проблемы во всей банковской системе.

— Что будет с этим банком дальше?

— Мы уже ведем переговоры с Европейским банком реконструкции и развития, чтобы они помогли нам продать «Керемет банк». Но одна из их рекомендаций была, чтобы 100 процентов акций принадлежали НБ КР, над этим сейчас мы работаем, планируем выкупить долю правительства КР и других акционеров. Это необходимо для того, чтобы потом можно было спокойно разговаривать с потенциальным инвестором и ставить свои условия. Мы планомерно наметили, что в течение 3-5 лет НБ КР будет постепенно выходить из акционеров банка.

— Не переживаете за отчет в парламенте на фоне дискуссии о законопроекте Ибраева и очередной волны критики из-за банка «Керемет»?

— Я живой человек, поэтому, конечно, переживаю. Но не за сам отчет и тем более не из-за позиции Нацбанка по законопроекту о финтехе или по банку «Керемет». В этом я полностью уверен.

Но банковская сфера, область компетенции Нацбанка, его роль как регулятора — это довольно специфические темы, о которых трудно говорить простым и понятным языком. Нам, финансистам, экономистам, часто кажется, что мы все объяснили доступно и все все поняли.

А потом начинаются вопросы и понимаешь, что нет, надо начинать все объяснения сначала.

Толкунбек Абдыгулов 

И главное — мы должны понимать, что все наши высказывания скажутся на ожиданиях населения, на рынке, а рынок финансовых услуг очень чувствительный.

Популярные новости
Бизнес
1 августа, воскресенье