11:14
USD 69.46
EUR 79.16
RUB 1.04

Зачем уничтожают морфин, закупленный на деньги кыргызстанцев?

Бюрократия и равнодушие в системе здравоохранения – страшные вещи. Пока чиновники рапортуют о правах пациентов, в стране происходят случаи, о которых мы решили рассказать.

Несколько дней дети не могли получить для своего отца, умирающего от рака с разрывающей тело болью, таблетированный морфин. «Когда девочки позвонили и рассказали, что их папе не помогает кетонал, а его изможденное и почти высохшее тело не принимает уколы, я рассказала им о таблетированном морфине и о том, что его обязаны бесплатно выдать по месту проживания. Никаких уколов, не нужна медсестра: выпил таблетку - и проживаешь день без боли, - рассказала на своей странице в соцсети член волонтерского движения «За Кыргызстан без рака» Алма Карсымбек. - После этого начались ужасы и неравная борьба с системой, которая охраняет здоровье. Участковый врач в их селе не смог даже выговорить «таблетированный морфин». В райцентре, куда по совету коллег из общественного фонда «Эргэнэ» помчались девочки, прихватив из села врача с медкартой, онколог выгнал их из кабинета, сказав, что такого препарата не существует в природе, и посоветовал «не верить слухам и не пороть чепуху».

Головой о стену

«Девочки второй раз взяли штурмом кабинеты районной поликлиники. Мы звонили из Бишкека, вместе доказывая право на жизнь без боли. Рецепт получили. Но пока девочки мчались из райцентра в единственную в Бишкеке аптеку, где можно получить препарат, рабочее время аптеки закончилось. Вечером, когда дети приехали домой без препарата, отец просто заплакал от бессилия и боли. А вместе с ним заплакали и дети. Сегодня выяснилось, что в рецепте - намеренно или нет - не поставили одну печать. Родные больного снова поехали в райцентр. С трудом, но эту печать они получили. Но ведь это еще полдня нестерпимой боли! Таблетированный морфин наконец едет к измученному человеку. А что делать тем, кто живет в отдаленных селах, без машины, экспертов, без журналистов и нужных телефонов, чтобы просто спросить?» - задаются вопросами члены волонтерского движения.

«Я никак не могла понять, почему при потребности в 16 килограммов морфина в год используется всего 470 граммов. На всю страну! А ведь у нас тысячи онкобольных, которым он нужен, как воздух. Сегодня я поняла, почему: его стараются не выдавать, о нем стараются не сообщать онкобольным и их родственникам. Потому что онкологам, чтобы выписать рецепт, надо заполнить кипу бумаг, потом их за это замучают люди из ГСКН и Минздрава. А так спокойнее. И, как сказал онколог в райцентре, им «это не нужно - за 2 тысячи сомов», - отмечает Алма Карсымбек и приводит печальный случай.

Родным неизлечимо больных пациентов то и дело приходится биться о стену равнодушия. Ведь морфин выдается дозированно, а значит, за следующей партией обезболивающего снова придется побегать. «В Минздраве один специалист единолично решает, что нужно выдавать всего 50 таблеток морфина. Ну почему бы не сделать 200? «Вы что?! А вдруг человек на последней стадии рака станет наркоманом? Нельзя!» Для своего оправдания в министерстве ссылаются на бумагу от 1996 года», - рассказала волонтер ИА «24.kg».

Не свое, и ладно

А примерно в это же время в Бишкеке, по словам Алмы Карсымбек, в одной из поликлиник комиссия из представителей Госслужбы по контролю наркотиков (ГСКН) и врачей уничтожала таблетированный морфин, дробя его в обычной чашке и растворяя в воде, которую потом смывали в канализацию. «Да, именно так и происходит: больные с родственниками мечутся в поисках «призрачного» таблетированного морфина, а бесценное для онкобольных обезболивающее, которое в мире считается золотым стандартом, спускается в унитаз. Но это в другом мире…» - с сожалением констатирует она.

Случайным свидетелем того, как уничтожали морфин в ампулах и таблетках, стала координатор общественного фонда «Эргэнэ» Тынара Касымалиева. «Сказали, что препарат остался после умершего пациента. Мне захотелось кричать. Разве нельзя его передать другому нуждающемуся?! Нет, у них такой порядок уничтожения. Ладно, если речь идет об ампулах. Но на таблетированный морфин мы всем миром собирали по крохам, по копейкам. У государства не было денег, мы два года проводили благотворительные вечера, обивали пороги коммерческих структур, выпрашивали, чтобы они приобрели пригласительные на эти вечера. А теперь его так бездарно уничтожают!» - возмущена она.

«Мне небезразлично, я сама пациент, и знаю, что такое боль. Упаковка была не нарушена, эти таблетки можно было передать другим больным. Я начала фотографировать происходящее, но меня заставили удалить снимки, - добавила она. – Если кто-то когда-то придумал инструкцию об уничтожении оставшегося морфина, то надо ее менять. В ГСКН бдят, чтобы препараты не стали доступны наркоманам. Но мы должны думать в первую очередь о пациентах», - сказала Тынара Касымалиева «ИА 24.kg».

Читайте по теме
Члены движения отмечают: «Согласно закону, который не менялся со времен Сталина, в случае смерти онкопациента все неиспользованные таблетки морфина уничтожают. Передать препарат другим пациентам, даже если его катастрофически не хватает, нельзя. К примеру, онкопациенту удалось получить все 50 таблеток. Он успел выпить одну и умер. Оставшиеся 49 таблеток уничтожат».

Глава столичного Департамента здравоохранения Кубанычбек Кулбатыров в свою очередь уверен, что таблетированный морфин в поликлиниках не уничтожают. «По инструкции от Республиканского центра наркологии утилизируют только ампулы», - сказал он «ИА 24.kg».

Волонтеры информируют: в Кыргызстане есть таблетированный морфин. Врач-онколог по месту жительства обязан выписать специальный рецепт. Препарат в рамках программы госгарантий выдается бесплатно. В Бишкеке таблетированный морфин по рецепту выдают в аптеке по адресу: проспект Чуй, 4а (район ТЭЦ). И если вы знаете людей с диагнозом «рак», которым выписали обезболивающие препараты, сообщите это им и их родственникам. 

Бизнес