Эдиль Байсалов уходит с поста заместителя председателя кабмина. К нему и его деятельности можно относиться по-разному, но он, безусловно, был одним из немногих чиновников кабинета Касымалиева, кто рассказывал в публичном поле о своей работе. Потому что остальные в подавляющей массе предпочитают оставаться в тени. Это не голословная критика. Достаточно выйти на улицу и спросить, кто сегодня отвечает за промышленность, транспорт, науку, социальную сферу и так далее.
Можно поспорить на что угодно, что большинство не назовут фамилии этих министров, и уж тем более не знают, как они выглядят. В общем, ситуация парадоксальная — кабмин работает, решения принимаются, но у этой работы нет лиц.
«Мы работаем, а не болтаем» — удобная, но опасная позиция
Конечно, будет преувеличением сказать, что в кабмине вообще никто не виден. Однако редкие «вылазки» в публичное поле министра энергетики или Данияра Амангельдиева трудно считать системной работой. Тем более, что они — «старички», то есть не первый год на государственной службе. Но большинство министров, особенно «новички» как будто выбрали тактику «переждать в тени». Не комментировать, не объяснять, не светиться. В итоге возникает ощущение, что значительная часть кабмина просто отсутствует в публичной реальности.Конечно, у этой тишины есть объяснение. Часто можно услышать: «Они работают, им некогда заниматься пиаром». Звучит правильно, но по сути это только половина правды.
Потому что современное управление — это не только решения, но и объяснения решений.
Министр не обязан быть популистом и, что называется, «торговать» лицом, но он обязан быть понятным, доступным и внятным в своих действиях. И уж тем более, он не может быть ноунеймом (Прим.24.kg - термином «ноунейм» (от англ. no name — «безымянный») обозначают неизвестного человека. В широком смысле так называют все, что не является популярным).
Обществу не нужны красивые речи и фиксация в медиа каждого шага чиновника. Но оно хочет и имеет право знать и понимать, что кабмин в целом и каждый министр, в частности, делают а, главное, зачем. И хотят знать министров в лицо и по фамилиям, а не по строчкам сухих и казенных пресс-релизов.
Кто «подставляет» президента
Нет публичности — нет управления. Так работает человеческая психология восприятия. Когда нет регулярных объяснений и понятных ориентиров, то отсутствует понимание, что у каждого министра есть свой участок ответственности и своя логика действий. В итоге складывается ощущение, что все решения принимаются где-то «сверху», а министры их просто исполняют. Причем исполняют без собственной позиции, роли и без лица. И это бьет по президенту.В кыргызской системе власть персонализирована.
И Садыр Жапаров — безусловно главный политический центр. Но он тоже не железный. И правительство просто обязано брать часть ответственности на себя. Но, когда министры молчат, происходит предсказуемая вещь — вся ответственность «уходит» наверх.
Любая проблема — тарифы, цены, сбои, кризисы и так далее - в общественном восприятии становится проблемой президента. То есть кабмин «ноунеймов» не разгружает, не берет на себя хотя бы часть давления, не объясняет сложные решения, не рассказывает о своих планах. А значит усложняет управление, а не упрощает его.
Команда, которой нет?
На самом деле от министров не требуется ежедневная медийная активность. Понятно, что министр — это не блогер, но он и не технократ-невидимка. Он должен, даже обязан рассказывать о том, что делает государство для своих граждан, роста их благосостояния, стабильности, безопасности, развития.И это полностью укладывается в концепцию «слышащей власти». Потому что «слышащая власть» — это не только слушать свой народ, но еще и объяснять свои действия и решения, быть предсказуемой и открытой.
Есть и еще один слой. Публичные, внятные, уверенные министры — это всегда сигнал, что у президента есть своя сильная команда.
Непубличные, неизвестные, молчащие создают прямо противоположное ощущение. Либо им нечего сказать, либо они не готовы брать ответственность на себя. И это уже вопрос не к коммуникациям.
Сегодняшнее правительство выглядит не слабым, а невидимым. И это, возможно, еще опаснее. Потому что в политике работает простое правило: если тебя не видно, то тебя нет. И пока министры остаются в тени, вся система продолжает работать в режиме, где за все отвечает один человек.
