00:51
USD 69.46
EUR 79.16
RUB 1.04

Ради красного словца

С приходом новых депутатов в Кыргызстане вновь поднимается языковой вопрос.

Депутатам не понравился морг

Парламентариям шестого созыва, как и их предшественникам, эта щекотливая тема не дает покоя. Не успели получить мандаты, как взялись за язык. На этот раз инициатором принятия законопроектов исключительно на государственном выступил член фракции «Бир Бол» Акылбек Жапаров. Поводом послужил спор при обсуждении законопроекта «О погребении и похоронном деле».

В частности, депутаты Рыскелди Момбеков (фракция СДПК) и Лунара Мамытова (фракция «Бир Бол») выразили претензии к качеству текста закона на кыргызском языке. «В законопроекте использовано слово «морг», хотя есть его эквивалент на кыргызском языке», - заявила Лунара Мамытова.

Один из инициаторов документа – депутат Дастан Бекешев (фракция СДПК) напомнил, что слово «морг» заимствовано из французского языка и используется с XVI века. Ему возразил Кожобек Рыспаев, напомнив, что на развитие кыргызского языка в республике выделяется много средств, но в официальных документах продолжают использовать слова из русского. «Почему тогда самолет мы называем «учак» или говорим не «телевизор», а «сыналгы»? Давайте вообще оставим все на русском», - возмутился нардеп.

Однако Дастан Бекешев успокоил коллегу, констатировав, что любой язык на 20-30 процентов состоит из заимствований. «И не надо здесь искать подвох. Мы же говорим «депутат», хотя это не кыргызское слово», - добавил нардеп.

Подводя итоги дискуссии, Акылбек Жапаров предложил Садыку Шер-Ниязу (председатель парламентского комитета по социальным вопросам, образованию, науке, культуре и здравоохранению – прим. ИА «24.kg») изучить опыт Малайзии, где английский считается официальным языком, но при этом все законы принимаются на малайском. «Это очень хорошая инициатива, которую нам можно перенять», - заключил депутат.

Когда покоя статус не дает

В его предложении есть логика. Действительно, мы живем в Кыргызстане, и почему документация должна вестись не на кыргызском? Но загвоздка в том, что проекты законов и справки-обоснования к ним пишутся исключительно на русском языке, и только при подготовке к трем чтениям переводятся на государственный. Почему? Ответ прост: 80 процентов наших слуг народа, видимо, стесняются творить самостоятельно и предпочитают списывать документы у российских или казахских коллег, мало заботясь о том, будут ли они работать в условиях «островка демократии». Прибавьте сюда и то, что не все депутаты (мы сейчас говорим о представителях титульной нации, а не о нардепах, представляющих этнические меньшинства) владеют родным языком настолько хорошо, чтобы писать на нем законы.

Чиновники из Нацкомиссии по государственному языку, включая ее председателя - поэта Эгемберди Эрматова, периодически высказываются за лишение русского языка конституционного статуса официального. В качестве аргумента он и его подопечные выдвигают версию о том, что развитию кыргызского языка мешает именно популяризация русского. «Ряд ученых ставят вопрос о необходимости внесения изменений в Конституцию в части языковой политики. Они предлагают исключить статус русского как официального. Такая норма осталась только в нашей стране. Мы должны развивать родной язык. Для этого нужна законодательная инициатива со стороны парламента. Сегодня многие госорганы не ведут документооборот на кыргызском, ссылаясь на норму о том, что русский - официальный язык. Каждую неделю проверяем их, согласно нашему плану. Надо отметить, что некоторые министерства уже перевели документооборот на госязык. Это МЧС, МВД, Минкультуры», - сказал Эгемберди Эрматов.

Глава Нацкомиссии отметил, что в рамках выделенных 243 миллионов сомов будут выпускаться книги на госязыке для детских садов, школ, вузов, госорганов. «Разработан тест по кыргызскому языку. С 2016 года его будут проходить государственные и муниципальные служащие. Это положительно повлияет на развитие госязыка. Мы дважды принимали программы по развитию кыргызского языка, но они не работали, так как не было финансов», - добавил он.

Теперь вроде как средства позволяют. Но почему-то до сих пор нет методологических программ по изучению языка, преподавателей, желающих за скромное вознаграждение вбивать в ученические головы азы грамматики. Зато с высоких трибун призывают перевести все делопроизводство исключительно на кыргызский. Хотя в регионах это сделали давно.

Язык преткновения

Апологеты государственного языка намеревались даже инициировать изменения в Конституцию, чтобы отобрать у русского прописанный в ней статус, забыв, видимо, что Основной закон страны нельзя менять до 2020 года.

Правда, мораторий можно обойти, стоит только собрать 300 тысяч подписей. Интересно, как на это посмотрит Россия? Не секрет, что все решения в Бишкеке принимаются с оглядкой на Кремль. Да и деньги на латание дыр в бюджете просят у него.

«Думаю, это политтехнологический ход, моделируемая ситуация, - говорит политолог Марс Сариев. - С одной стороны, инициируется всплеск национализма. Потом, когда общество будет взбудоражено, выйдет указ или распоряжение президента оставить все в прежнем виде. Несколько раз так было. Общество вздохнет облегченно, все счастливы. Я думаю, что это не более чем пиар-ход для поднятия рейтинга».

Интересно, как педалирование языковой темы поможет Акылбеку Жапарову? Хотя, скорее всего, все намного проще, и нардеп просто вставил реплику, не вполне осознавая, что зачастую неосторожно оброненное слово на такие щепетильные темы может вызвать никому не нужную негативную волну.

Бизнес