10:08
0
USD 67.94
EUR 83.42
RUB 1.20

Ак-Тюз. Живущие надеждой

В теплые сентябрьские деньки грех сидеть дома. В лес! В ущелье Кичи-Кемин! Вот где осень вступила в свои права и щедро раскрасила склоны гор: белоствольные березки, покрасневшая рябина, ярко-желтая лиственница, готовая вот-вот сбросить иголки, и темно-зеленые ели…

Живописное ущелье, что раскинулось примерно в 140 километрах от Бишкека, славится обилием грибов в еловых лесах и березовых рощах. Еще в конце августа здесь негде было поставить машину — столько желающих насобирать корзины даров леса.

— За грибами вы уже опоздали: середина августа — разгар сезона, а теперь уже холодно, — добродушно говорит нам старик, ожидающий попутку в столицу. — А вот погулять и подышать свежим воздухом — всегда пожалуйте. Природа здесь просто великолепна!


Взору открывается долина Ак-Тюз, в которой на высоте 2 тысяч 300 метров расположилось одноименное село. В переводе с кыргызского Ак-Тюз означает «белая долина». Говорят, глина здесь имеет беловатый цвет, потому что в ней содержится большое количество соли. Как и чем живут в глубинке? Не смогла не поинтересоваться.

Село, как гласит обновленная вывеска, основано в 1938 году. Сзади на горе каскадами располагается несколько уровней некогда известного комбината по переработке редкоземельных металлов.

Все вокруг говорит о былой мощи производства. Сегодня же постройки развалены, стекла выбиты, а кое-где наглухо заколочены кусками ржавого железа. На крышах заброшенных зданий уже успели вырасти березы.

Не радужнее выглядит и сам поселок. Покосившийся штакетник, огрызки кирпичных стен, полуразвалившиеся и заброшенные дома, частый гость которых сегодня только пронизывающий ветер… Печальное зрелище, руины.

Сносить жалкие остатки, говорят в айыл окмоту, нельзя: все дома приватизированы, и земля кому-то принадлежит. Одиночество, отчаяние и безысходность — вот что первым приходит на ум. Здесь впору снимать фильмы о послевоенной разрухе и городах-призраках.

В выходной день на улице тихо, из редких прохожих — подростки, вежливо здоровающиеся по-русски, пастух. К 12.30 поселок на мгновенье ожил: взрослые с детьми торопятся к маршрутке, что едет в столицу.

— Сфотографируй и нас! А где опубликуете? Пусть дочь в Москве посмотрит, как мы картошку копаем, — смеется мужчина.

— Ну разве это жизнь?! Ни работы нормальной, ничего. Раньше все было по-другому, — вспоминает 53-летний актюзовец Табылды Джумашев. — А как фабрику закрыли в 1992-м, с тех пор и не работаем. Одни сторожа сейчас фабрику охраняют, лабораторию, другие объекты. Живем только за счет скотины. Да дети из города помогают. А обещают нам, конечно, много чего, особенно в разгар выборов. Только ничего не меняется. Который год ждем.

А вот ответственный секретарь Ак-Тюзского айыл окмоту Айнагуль Маралиева настроена более оптимистично. По ее словам, сегодня в селе проживает 212 семей, или 720 человек. В основном это пенсионеры и дети.

Родилась и выросла Айнагуль Маралиева в Ак-Тюзе, окончила институт в Бишкеке, но вернулась в родное село. Почти 20 лет она отработала по своей специальности в школе — учителем русского языка и литературы. Живет в скромной маминой квартире в одном из 12 восьмиквартирных домов, построенных в период активной жизнедеятельности поселка.

Сейчаc, если в доме 1–2 квартиры жилые, уже хорошо. Чаще же на дверях висят большие замки. В одном из таких домов в одной квартире зияют дыры вместо окон, а во второй установлена спутниковая антенна. В другом доме — первый этаж наглухо заколочен деревом, а на втором — стоят пластиковые окна и перекрыто полкрыши новым шифером. Кто-то отчаялся ждать и бросил уютное гнездо, а другой — не теряет надежды. Кое-где возле домишек стоят приличные иномарки. Грустный контраст.

— В советское время это был поселок городского типа. Фабрика работала в три смены без остановки. Учились в школе проектной мощностью 800 ученических мест в три смены. Население доходило до 8 тысяч. Работал детсад, была большая больница. В домах было центральное отопление. Сейчас этого нет. Каждый ставит «аристоны», но в домах есть холодная вода, канализация. В селе работает фельдшерско-акушерский пункт, а вот больницы нет, теперь мы относимся к поликлинике в Боролдое — километров за 25, — рассказывает Айнагуль Маралиева.

— За счет чего люди живут? Хозяйством в основном занимаются. У нас нет ни земель, ни пашни, ни сенокоса. Все кругом — национальный парк. Но чтобы могли пасти скот, берем в аренду землю у лесхоза. Грибы люди собирают, это довольно стоящее дело. Производство полностью стоит уже 20 лет. 28 сентября в Госгеологии будет встреча по поводу нашего месторождения. Люди ждут изменений. 20 лет ждут и верят в возобновление работ. Конечно, есть и недовольство.

Но мы не сидим сложа руки, работаем с проектами. Как-то надо жить. Других возможностей у нас нет. Сам айыл окмоту дотационный. Общий бюджет — около 3 миллионов сомов. Есть проект ПРООН «Социально-экономическое развитие сел, находящихся близ хвостохранилищ». В нем задействованы 4 населенных пункта: Ак-Тюз, Мин-Куш, Каджисай и Орловка. Мы подписали соглашение на шесть проектов, в том числе социального значения. Это освещение села, всего будет установлено 30 энергосберегающих осветительных приборов. Распределение воды. На 6 миллионов сомов будет проводиться ремонт и реконструкция водораспределителя и ограждение водозабора. Оснащение детского сада. Сейчас по стимгранту мы делаем ремонт детсада на 3 миллиона сомов. Работы идут вовсю. Надеемся, что через месяц закончим и откроем объект, который будут посещать 70 дошколят. И три проекта доходоприносящие. Будут открыты швейный и мебельный цеха, заложим фруктово-ягодный сад, — делится она планами на будущее.

— Сейчас у нас строится лыжная база. Через пару лет, думаю, запустят. Проект утвердили на Градсовете. Это даст приток туристов. Нам рекомендуют подготовить гостиничные дома, развивать экотуризм… А мы привыкли работать на производстве, ждем, когда карьер заработает.

Не так давно открыли хорошую общественную баню. Кроме того, при поддержке доноров сделали ремонт двух туалетов в школе — для девочек и мальчиков. Установили «аристон», раковины, дети могут мыть руки горячей водой. Теперь можем участвовать в программе оптимизации школьного питания. Уже подали заявку. Школа у нас большая, уютная и хорошо оборудованная. Современные компьютеры, три интерактивные доски, телевизоры в кабинетах для младшеклассников. Детям учиться и учиться! Всего здесь обучается около 100 ребят, работает 16 учителей.

Актюзовцы бережно относятся к школе. Собрали всю историю в фотографиях — учителей, выпускников. Громко отметили 70-летие школы, выпускники привозили своих бывших учителей, которые сегодня живут даже в России. Помогают выросшие ученики и с оснащением классов.

— Многие выпускники занимают хорошие должности, работают, естественно, от них сейчас и отдача. Если фабрика заработает, дети не будут уезжать, — надеются местные жители. — Молодежь до сих пор пытается получить образование именно по горнодобывающей промышленности, несмотря на то, что производство стоит. Раньше даже простой рабочий имел политехническое образование.

Чтят здесь память и о фронтовиках. В школе организованы краеведческий музей и музей боевой славы. К 70-летию Победы в Великой Отечественной войне по периметру школы высадили 70 елок, установили небольшой памятник.

— Для нас он, конечно, большой — не в материальном плане, а в чисто человеческом. Мы провели большую работу по сбору данных о тех, кто ушел на фронт. Два Героя Советского Союза — Кривощеков и Немцов — ушли на фронт из нашего села. Из бюджета на памятник не затратили ни копейки, все за счет средств наших жителей, выпускников школы. С миру по нитке — голому рубаха, как говорится, — улыбается Айнагуль Маралиева. — Кстати, каждая третья пуля, использованная во время Великой Отечественной, была отлита из свинца, добытого у нас.

В Ак-Тюзе есть большой огороженный стадион, где дети с удовольствием гоняют в футбол. Директор школы, проведя для нас небольшую экскурсию, тоже заторопился на турнир: приехали ребята из соседнего села Ильич. Некогда хандрить! Зимой там заливают каток, дети катаются на коньках, играют в хоккей.

— Кстати, президент Федерации КР по хоккею с шайбой — Омурканов — выходец из нашего села. В 2014-м на стадионе провели бал-маскарад. Елку ставили, организовали музыку, танцы, катанье на коньках. Артисты и певцы к нам не приезжают, но ребята сами организуют праздники. Летом село оживает, жильцы возвращаются на пару месяцев, — продолжает Айнагуль Маралиева.

Как-то сказали, что село надо было делать вахтовым, поработали — уехали. Но государство все построило. Куда людям деваться? В 1994-м был проект по переселению, люди готовились, но программа не заработала. Лично я и не хочу никуда уезжать: здесь моя малая родина, — аргументирует наша собеседница. — Но не столько земля держит, как люди. Все приветливые, очень дружные, все друг друга знаем, общаемся. Живем надеждой. Вот заработает цех — наше село не узнаете. А зимой как красиво! Снег навалит по колено, приезжайте!

Популярные новости
Бизнес