00:45
USD 69.46
EUR 79.16
RUB 1.04

Защита Иссык-Куля: разговоры и только

«Иссык-Куль – наше все», «Берегите нашу жемчужину!» - подобные лозунги в нашей стране становятся актуальными накануне и в разгар туристического сезона. Как правило, дальше слов дело не заходит. Вот один из примеров.

Несколько лет назад эксперты забили тревогу: озеру угрожает нефтяное загрязнение. Известно, что более десяти лет назад в городе Балыкчи на участке, ранее принадлежавшем Иссык-Кульскому пароходству, произошел разлив нефтепродуктов. В грунт попало около 400 тонн. Из-за особенностей ландшафта (уклон по направлению к озеру) и близости грунтовых вод нефтяное пятно из года в год двигалось к линии прибоя и достигло опасной близости. На загрязненном участке не растут трава и деревья, невооруженным взглядом видны маслянистые пятна, ощущается характерный запах.

«Нефтепродукты могут достигнуть линии прибоя, и тогда вместе с течениями разнесутся вдоль побережья на несколько десятков километров. Они попадут и в курортную зону Иссык-Кульского заповедника, в том числе в заливы Балыкчи, Ак–Булун и Оголон, где происходят гнездование и зимовка до 70 процентов всех птиц акватории озера. Данный район включен в список Рамсарских угодий, имеющих международное значение в качестве мест обитания водоплавающих птиц как водно-болотное угодье. Его экосистемную роль трудно переоценить», - отмечали специалисты.

Чтобы избежать серьезных последствий, называлось три способа ликвидации экологической угрозы. Первый: выкопать нефтяное пятно и увезти на свалку. Второй: локализовать пятно и не дать ему спуститься в Иссык-Куль. Третий: биологическая переработка нефтяного загрязнения с помощью микроорганизмов.

С начала 2014 года над проблемой работает Программа малых грантов (ПМГ) Глобального экологического фонда (ГЭФ) в тесном сотрудничестве с Государственным агентством охраны окружающей среды и лесного хозяйства (ГАООСиЛХ) КР. Почти два года назад национальный координатор ГЭФ/ПМГ в КР Евгения Постнова рассказывала ИА «24.kg» о проведенных на тот момент мероприятиях: «Составлена подробная топографическая карта участка, произведен отбор проб с глубины 1,5-2 метров для уточнения концентрации нефтепродуктов в почве и грунтовых водах. Проводится модельный опыт по испытанию эффективности трех биопрепаратов (двух российских и одного местного). Для этого с участка взято 3 кубометра загрязненной земли, которые разместили в безопасном и удаленном от озера месте - на асфальтовой площадке во дворе гендирекции биосферной территории «Ысык-Куль». Загрязненный грунт разделили на 3 части, каждую из которых обработали одним из испытуемых препаратов. Сравнение эффективности препаратов будет проводиться в конце октября 2014 года».

После этого специальная комиссия при госагентстве должна была выбрать наиболее эффективный и экономически целесообразный биологический реагент, а также рассчитать, сколько для очистки почвы потребуется самого реагента, других сопутствующих материалов и денежных средств. Затем предстояло провести экологическую экспертизу и общественные слушания. 

Последние два года чиновники ГАООСиЛХ то и дело говорят о выборе наиболее приемлемого варианта рекультивации почвы. Казалось бы, прошло достаточно времени, чтобы сделать какие-то выводы и определиться с методом. Но воз, как оказалось, и ныне там.

«Я никак не могу добиться результатов исследований. Всего мы испытываем три препарата в трех лабораториях (КТУ «Манас», ГАООСиЛХ и ОсОО «Илим»), то есть будет девять результатов. Без них я не смогу сказать, какой из препаратов лучше. Пока же у нас есть только исходные данные – сколько чего содержалось в грунте до испытаний, - сообщила Евгения Постнова. - Все время какая-то лаборатория пробуксовывает и кто-то подводит, в результате идет задержка. Результаты «до» и «после» применения препаратов есть от лаборатории КТУ «Манас». Но только на них основываться мы не можем: один из препаратов – их. Возможно, они заинтересованы в продвижении своего препарата. Должны быть данные от госагентства как независимого органа. Но там их до сих пор не представили. Первый раз с испытаниями они опоздали: мы привезли пробы, а их обработали только через две недели, когда половина веществ испарилась. В сентябре я хочу сделать повторные исследования, чтобы получить четкие данные. Кроме того, должны приехать специалисты из Риги, у которых тоже есть какой-то экспресс-анализ на современном оборудовании. Я добиваюсь, чтобы директор госагентства взял этот вопрос под свой контроль, чтобы все, как солдаты, выехали на место, взяли пробы и без проволочек сделали исследования. Меня эта ситуация уже тоже измотала».

«Решение вопроса не только в моих силах. Это многопартнерская работа, в которой вся работа стоит, если пробуксовывает одна сторона. Если бы госагентство взяло под свой контроль… Но они же этого не делают. Чтобы вести работы на загрязненном участке, должен быть лицензированный метод очистки. А метод может быть разрешен госагентством только после проведения исследования, - добавила она. - Эти работы действительно оправданны. Если определенный метод очистки будет внедрен, его смогут применять не только на Иссык-Куле. Такие проблемы есть и в других регионах. Сроки пока позволяют. Это не катастрофа, которая разразится завтра-послезавтра. Здесь действительно важно сделать все так, как положено».

О том, что пятно неподвижно, заявлял и директор Центра госрегулирования охраны окружающей среды и экологической безопасности Байгабыл Толонгутов. «Насыщенный грунт не позволяет ему двигаться. Идет планомерная работа, нельзя экспериментировать близ озера. Мы работаем над тем, чтобы раз и навсегда решить проблему», - говорил он недавно в интервью ИА «24.kg».

Что касается механического метода очистки почвы, у Программы малых грантов нет таких средств, чтобы вывезти все количество грунта. Такой же вариант предлагали и в Гендирекции биосферной территории «Ысык-Куль». По словам завотделом науки, экологического мониторинга и учета биоресурсов Анийпы Кененбаевой, загрязненную землю можно вывезти на свалку, где ее рекультивируют. Но в таком случае получится, что, пытаясь очистить одно место, загрязнят другое. Впрочем, и это предложение еще не одобрено.

«Ежегодно мы контролируем качество воды на данном участке. Нефтепродукты в воде отсутствуют, пятно не движется. Разлив произошел еще в советское время, и если бы что-то попало в озеро, это бы уже давно произошло. Но в любом случае загрязненный грунт нужно убирать. На том месте гибнут растения, а во-вторых, там постоянно присутствует специфический запах. И пятна выступают на поверхности почвы», - пояснила она.

«В 1990-х, когда произошла авария, люди начали копать ямы, черпали оттуда нефть, продавали, наживались на этом. То место называли Кувейтом. В 2009-2010 годах такое случилось повторно, хотя тогда база уже находилась в ведении компании «Газпром нефть Азия». В компании заверяли, что у них никакой утечки быть не может, потому что они заменили все старые цистерны», - вспоминает Анийпа Кененбаева.

Она отметила, что у гендирекции есть немало замечаний относительно экологии в регионе. «Больше они касаются браконьерства и работ в переходной зоне, где расположены промышленные объекты и курортная зона. В пансионатах очистные сооружения в очень плохом состоянии. Вопрос поднимается каждый год, но владельцы объектов не хотят тратить свои деньги. Нужно как-то решать это на уровне правительства, чтобы обязать всех провести такую работу. Также загрязняют воду большегрузные теплоходы, скутеры, катера. Два раза в год мы проводим мониторинг качества воды. Самой загрязненной по нефтепродуктам является Чолпон-Ата. Результаты постоянно высылаем в госагентство. Пока реакции нет. Я понимаю, что запретить теплоходы невозможно. Но нужно найти какой-то другой вариант», - пояснила завотделом.

…С определением вариантов у чиновников, как подтверждает практика, сложно. Согласно плану действий межведомственной комиссии по урегулированию вопросов, связанных с эксплуатацией нефтебазы в городе Балыкчи, разработать рабочий проект рекультивации участка нефтяного загрязнения должны до 30 августа 2016 года, то есть осталось меньше месяца. А первый этап рекультивационных работ планируется провести до 30 января 2017-го. Времени в обрез, учитывая, что более чем за два года не смогли даже испытать биопрепараты. Еще неизвестно, найдут ли деньги на необходимые работы. А это одна из основных причин, тормозящих дело. 

Популярные новости
Бизнес