00:41
+33
USD 68.67
EUR 80.55
RUB 1.16
Общество

Роза Айтматова. Воспоминания в день 80-летия


Сегодня у сестры народного писателя Кыргызстана Чингиза Айтматова день рождения. В этом году у нее замечательная дата — 80 лет. Редакция ИА «24.kg» сердечно поздравляет Розу Торекуловну с возрастом мудрости, желает ей здоровья и долголетия.

К этому юбилею мы продолжаем публиковать отрывки из книги «Человек жив до тех пор, пока о нем помнят...».

Архив Р. Айтматовой
Фото Архив Р. Айтматовой. Роза Айтматова с племянником Асаном Ахматовым, 2015 год
Сколько бы ни появлялось исследований и мемуаров о жизни и творчестве народного писателя КР Чингиза Айтматова, который по праву вошел в высшую когорту мастеров художественного слова, всегда остаются детали и факты, которые вызывают живой интерес читателя. С каждый годом они становятся все более ценными, словно музейные экспонаты.

Книга написана в соавторстве с ее племянником Асаном Ахматовым.

Магия имен

Внук Розы-эже Ильяс поставил на стол огромное красивое блюдо с дымящимся пловом. Перед тем, как его отведать, я спросил:

— Роза-эже, вы всегда говорили, что имена, которые дали детям Торекула, отразились на их жизненном пути.

— Думаю, да, есть какая-то связь. Слово Чингиз (Тенгиз) означает «океан», то есть «великий», Ильгиз означает «путник» или «след, оставленный на земле среди народа». Один из сыновей стал большим писателем, а другой стал горняком и обходил все горы и реки Кыргызстана, оставил след своими исследованиями.

Архив Р.Айтматовой
Фото Архив Р.Айтматовой. Роза Айтматова, студентка, 1958 год

Я же закончила физико-математический факультет Кыргызского женского педагогического института и затем долго работала там, готовила школьных учителей. В те времена мы занимались не только чтением лекций, но и воспитанием студенток. Мы были кураторами групп и отвечали за их образ жизни, поведение. Нам часто приходилось встречаться со случаями насилия в отношении девушек. Возраст, юность берут свое. Девушки и юноши дружат, а потом случается так, что девушки остаются несправедливо обиженными, чувствуют себя несчастными. Я часто задумывалась над этим. И, может быть, поэтому после выхода на пенсию стала заниматься вопросами защиты прав женщин...

— Как борец за права женщин Роза Люксембург? Вас же назвали в честь нее?

— Многие так думают. Но история моего имени связана с другой исторической личностью. Когда я родилась, отец утром сходил в роддом, узнал, что родилась девочка и, как мама рассказывала, очень обрадовался:

— Очень хорошо, Нагима, теперь у нас два сына и две дочери, — сказал он.

А когда пришел домой, увидел игравшего во дворе Чингиза и сообщил ему радостную весть. Как рассказывал сам Чингиз, отец сказал:

— Суюнчу! У тебя родилась сестренка, как ее назовем?

Я сразу ответил:

— Розой!

Тогда отец сказал:

— Назовем ее Розеттой в честь испанской партизанки Розетты, о которой вышла статья сегодня в «Известиях». Но в быту будем называть ее Розой.

Вот так он в меня этим именем заложил свой посыл на будущее.

— Не зря в 2014 году журнал «FEMME» выбрал вас «женщиной года».

— Да, я много лет активно занимаюсь проблемой гендерного равенства, то есть вопросами равенства прав и возможностей мужчин и женщин. Я возглавляю организацию «Центр помощи женщинам».

Троллейбус № 4

— ...Это был 1959 год. Последствия военных лет еще сказывались, и жизнь была тяжелой. Но, несмотря ни на что, возраст, юность брали свое. Мы с Эсенбеком познакомились, дружили, но о женитьбе пока не было мысли. Он учился на шестом курсе мединститута, я — на третьем курсе женского педагогического института... Родители Эсенбека жили в Таласе, в Покровском (ныне Манасском) районе. Фактически мы с ним были из одного района (колхоз Жийде относится к этому району). Отец Эсенбека всю войну воевал, вернулся домой, его назначили поливщиком колхозных полей. Он бессменно поливал поля — и в жару, и в холод, и тяжело заболел от простуды. Дети — мал мала меньше. Заплатить за меня калым абсолютно не было возможности. И вот в таких обстоятельствах Эсенбеку приспичило срочно жениться! Я его уговаривала, давай подождем, хотя бы пока ты закончишь институт и начнешь работать. Нет, и все!

Архив Р.Айтматовой
Фото Архив Р.Айтматовой. Роза Айтматова с мужем Эсенбеком Алымкуловым, известным в КР детским хирургом. Фрунзе, 1960 год

Тогда мы жили на Московской, 141. Я вышла из дому по какому-то маминому поручению. А, да, это было накануне праздника 7 ноября. Выхожу, около нашего дома стоят Эсенбек со своим другом по имени Касым. Мы поздоровались, я сказала, что еду туда-то и туда-то, и села на 4-й троллейбус, они увязались за мной. Я выполнила мамино задание и села обратно на 4-й, ехать домой. Но тут они меня начали уговаривать куда-нибудь сходить — отметить праздник революции. Меня дома ждут, я не могу. Когда я подъехала к своей остановке, они с двух сторон преградили мне путь.

А я была девушка стеснительная, неудобно кричать или вырываться из рук. Так и проехала свою остановку, все дальше и дальше... Так доехали до остановки БЧК. Оказывается, Эсенбек там снял квартиру у одной русской бабушки (одну комнату). Обставил ее: выпросил в общежитии железную кровать с постелью, купил одну эмалированную кастрюлю, почему-то 10-литровую, вилки, ложки алюминиевые и т.д. Привели на эту квартиру и сказали, что украли меня.

Роза Айтматова

Надо срочно сообщить родителям. Тут же Касым — а он был шустрый, ничего не боялся — поехал к Чингизу Торекуловичу сообщить, чтобы не искали и не ждали Розу, ее украл Эсенбек. Чингиз Торекулович в то время работал, кажется, в журнале «Ала-Тоо». Касым приезжает в редакцию и сообщает.

— Как украл?! В Талас, что ли, увез?

— Да нет, здесь, на 4-м троллейбусе мы ее увезли...

— Кто его родители? Когда они приедут?

— Его родители не могут приехать. Отец болен, мать с малыми детьми...

— Тогда пусть сам придет ко мне...

На другой день Эсенбек поехал к Чингизу Торекуловичу извиняться. Видимо, Чингиз решил поговорить и понять, серьезный тот человек или нет, может создать настоящую семью или какой-то оболтус. Эсенбек ему, видимо, понравился... Примерно через месяц приехали его родители и родственники, извиняться за проделки сына. Чингиз пригласил Карагыз-апу и Досалы-жезде:

— Приезжайте, завтра встречаем сватов. Много труда вы вложили в воспитание Розы, когда она была маленькая. Да и потом ежегодно на лето она приезжала к вам...

Архив Р.Айтматовой
Фото Архив Р.Айтматовой. Роза Айтматова с мужем Эсенбеком Алымкуловым и первенцем Урматом. Город Рыбачье, 1960 год

Стали встречать гостей, их было пять человек: родители, бабушка с дедушкой и Толебай-жезде — муж двоюродной сестры Эсенбека. Начали знакомиться. Когда очередь дошла до Толебая, тот сообщил, что он из села Май-Тобе, сын Бекназара. Досалы-жезде тут как вскочит и закричит:

— Дорогой! Так ты из Май-Тобе и сын Бекназара? Это точно?!

— Да.

— А у тебя есть брат Жумабек?

— Да, был... Но не вернулся с войны. Погиб, — печально ответил Толебай.

Оказывается, Жумабек работал в Шекере учителем и жил у Досалы-жезде. Он добровольцем ушел на войну и не вернулся. Стали рассказывать о том, каким он был хорошим человеком.

— А как отец? Жумабек так переживал, что не смог проститься с отцом!

— Отец сильно переживает смерть сына... До сих пор не может успокоиться. Все время просит свозить его в село, откуда ушел на войну Жумабек. Хочет увидеть школу, в которой работал сын, людей, у которых он жил... С ними он попрощался... А вот он не увидел его, не проводил...

В общем, через месяц или два появился рассказ Чингиза «Свидание с сыном»...

— Это интересно. Вот чем закончилась кража невесты!..

Наравне с мужчинами

Архив Р.Айтматовой
Фото Архив Р.Айтматовой . Ильгиз, Роза, Люция, Чингиз Айтматовы на 90-летии матери Нагимы Айтматовой

— Как Чингиз Торекулович относился к введению гендерных подходов в различные сферы деятельности на государственном уровне?

— Ну, об этом мы с ним не говорили. Но я помню один случай, который касался моей деятельности в женском движении. Какой это был год, точно не скажу. Чингиз Торекулович приехал из Бельгии. Он был тогда уже послом Кыргызстана в странах Бенилюкс. Я пришла к ним домой, чтобы поздороваться, узнать о его здоровье и делах (у кыргызов так положено — младшим справляться о состоянии здоровья и дел старших). Естественно, желающих поздороваться и пообщаться с ним у них дома было много, в том числе была сама Роза Исаковна Отунбаева. Во время беседы о положении дел в обществе Роза Исаковна как-то, к слову, обмолвилась, что я открыла женскую организацию и возглавляю ее. Чингиз Торекулович, как обычно сдержанно, поздравил меня и сказал, что я молодец. Но когда люди расходились по домам и начали прощаться с ним, он сказал мне:

— Не уходи, останься, пожалуйста.

Я осталась, и мы говорили о наших семейных делах, а потом он как-то неодобрительно спросил:

— Ты что, феминисткой стала?

— Да нет! Я занимаюсь гендерными вопросами, в частности, мы хотим, чтобы кыргызские женщины имели возможность наравне с мужчинами участвовать на уровнях принятия решений, — постаралась объяснить я ему смысл нашей работы.

— И что вы выиграете от этого? — спросил он меня тогда.

— Женщины, участвующие в принятии решений, будут защищать интересы женщин и детей. И качество жизни и мужчин, и женщин, и детей улучшится, — ответила я ему.

Выслушав мои доводы, он задумался, но ничего не сказал. Думаю, он меня понял. Ведь героини его произведений доказали нам, что женщины в нужный момент могут выполнять ту работу, что и мужчины.

Вот так я стала бороться за права кыргызских женщин.

Память детства. Толгонай

Архив Р.Айтматовой
Фото Архив Р.Айтматовой . Толгонай-апа. Прототип главной героини повести Ч.Айтматова «Материнское поле»

— Скажите, Роза-эже, а были ли реальные прототипы героинь произведений Чингиза Торекуловича? Может, вы были с ними знакомы?

— Да, я лично знала некоторых женщин, которые явились прототипами женских образов, особенно в ранних произведениях Чингиза Торекуловича.

...Реальная Толгонай жила в селе Жийде. У нее был сын Суванбек. Две дочки были замужем и жили в других селах. Сноху звали Асель (прототип Алиман), которая родила Толгонай внучку и внука. Суванбек был председателем колхоза. Добросовестный, ответственный, деятельный работник, имел высокий авторитет среди сельчан.

Роза Айтматова о прототипе произведения «Материнское поле»

— И вот когда ему пришла повестка на фронт, он сильно переживал за дела в колхозе. Стал подыскивать кандидатуру вместо себя, такого человека, который бы смог грамотно вести дела колхозные. Особенно его беспокоила должность бухгалтера. Ему нужен был на этом участке работы честный, грамотный профессионал своего дела... Кто-то посоветовал ему принять на эту должность кандидатуру нашей мамы — Нагимы Айтматовой. Он поехал в село Кировку, где работала она, познакомился с ней и уговорил пойти работать бухгалтером в его колхоз. Вот таким образом наша семья оказалась в селе Жийде. Мы стали жить в доме Толгонай...

...Что запомнилось мне, маленькой девочке, которой в то время исполнилось то ли пять, то ли шесть лет... Отчетливо перед глазами — велосипед, который висел на двух гвоздях на одной из стенок. Велосипеды в то время были редкостью. Потому детям всегда было интересно потрогать его, покрутить колеса, позвенеть в звонок. Толгонай-апа в таких случаях отгоняла нас от велосипеда со словами:

— Дети, не трогайте его! Поломаете еще ненароком технику, что тогда будем делать? Когда вернется Суванбек с войны, как будет тогда ездить на нем? — вот так она берегла вещи сына, ждала его с войны.

Еще моя детская память помнит солдатскую шапку, которая висела на самом почетном месте, на туш-кийизе (настенный ковер) в комнате Толгонай. Тогда я понятия не имела, как она дорога этой женщине!.. Возможно, так оно и было в жизни, как в произведении «Материнское поле»: Майсалбек бросил на память с поезда ей свою шапку...

Я помню, как Толгонай из-за чего-то тяжело переживала, плакала навзрыд. Наша мама пыталась ее успокоить, но та была безутешна. Видимо, это было тогда, когда она не смогла встретиться с сыном на железнодорожном вокзале... Суванбеку ничего не оставалось, как только кинуть ей шапку на память. Потом у Толгонай случилась первая трагедия, умер ее любимый внучок (он был младше меня на год или два). Невосполнимая утрата! В нем она всегда видела продолжение Суванбека...

Вообще Толгонай была очень авторитетной среди жителей аила. С ней советовались, прислушивались к ее мнению, она могла найти правильный выход из затруднительных положений.

Однажды случилось так, что в селе умер какой-то старик. У этого человека не было близких людей, потому некому было его хоронить. Как известно, в аиле во время войны не было мужчин, остались немощные старики и инвалиды. Кто мог держать в руках оружие — все были на фронте. Поэтому вопрос стоял о том, кто будет рыть могилу, не говоря уже о похоронах аксакала... Вот тогда от безысходности Толгонай взяла на себя ответственность, организовала мальчишек-подростков, повела их на кладбище и показала им, как надо рыть. На другой день под руководством Толгонай молодые ребята и похоронили старика.

Если кто знает, у нас, кыргызов, женщине не положено заниматься похоронами, тем более участвовать в захоронении. Это исключительная прерогатива мужчин. Однако в то время только такая сильная женщина, как Толгонай, могла взять на себя такие непростые обязанности. За счет своей силы воли она выстояла всем невзгодам назло, которые выпали на ее женские плечи

Роза Айтматова о прототипе произведения «Материнское поле»

От своего имени и «Центра помощи женщинам» Роза Торекуловна поздравляет активистов женского движения Кыргызстана с Международным днем 8 марта и желает им успехов в вопросах улучшения положения женщин!

Популярные новости
Бизнес