05:26
-3
USD 68.17
EUR 84.51
RUB 1.21

О чем печалится лесник Алыбаев

В конце семидесятых годов возле села Кызыл-Дыйкан, что неподалеку от Кара-Балты, местный лесхоз передал на баланс колхоза имени Карла Маркса 7 гектаров земли. На самом деле это был сад, который они в свое время взяли в аренду, высадили там разные деревья: карагачи, лохи, которые в нашем регионе называют джийде, грецкий орех - и много лет бережно ухаживали за ними. Получив это богатство, колхозники отблагодарили лесхоз своеобразно: вырубили для своих нужд почти все деревья.

Но работники лесхоза не опустили руки от отчаяния и по-прежнему продолжают озеленять окрестные горы. Один из них - Аскар Алыбаев, который вот уже 42 года трудится на участке Ак-Суу Жайылского лесничества Чуйской области.

- Когда бываю в городе у родственников, мне мучительно выдержать даже один день пребывания там. Шум, транспорт, загазованность - голова начинает болеть, - говорит Аскар байке.

Лесник Алыбаев уже на пенсии. Но продолжает жить и работать в ущелье Ак-Суу, хотя в селе есть дом, хозяйство, скот.

Несмотря на пенсионный возраст, он продолжает ходить по окрестным склонам гор и высаживать саженцы.

На участке есть питомник, занимающий примерно около одного гектара, здесь Аскар Алыбаев выращивает для лесхоза саженцы тянь-шанской ели, маленькие сосны, пихты, кусты можжевельника.

- Питомник наш довольно прибыльный, в 2013 году за саженцы выручили 1 миллион сомов, - делится он своей радостью.

Впрочем, от миллиона ему досталась только устная благодарность. Хотя, по словам собеседника, ему полагается 30 процентов от выращенного урожая, но начальство сказало, что достаточно и зарплаты.

Кстати, оклад у него довольно внушительный – аж 3 тысячи сомов. За эти деньги он несет ответственность за горный участок площадью 280 гектаров и 6 гектаров внутри ущелья, да еще мелочь - за питомник в один гектар.

- Раньше здесь во множестве водились козероги, лисы, барсуки, зайцы, сурки, кеклики, улары, волки, были и снежные барсы, - вспоминает былое биоразнообразие старый лесник.

- А сейчас они где? - интересуюсь я.

- Мало что осталось, почти всех перебили браконьеры, - с грустью смотрит лесник в сторону гор.

- А егеря на что? - не унимается мое любопытство.

- А что егеря, они только числятся, здесь они должны днем и ночью дежурить, а их и днем с огнем не сыщешь, - отвечает он, показывая в сторону пустого вагончика, стоящего недалеко от своего дома, и шлагбаума, который, видимо, ни одного злоумышленника уже много лет не останавливает.

Со слов бывалого лесника, преграда здесь была поставлена специально, чтобы егеря могли проверять каждого, кто идет в ущелье. Если с оружием, то к нему должен быть охотничий талон, разрешающий отстрел определенного вида животного, с указанием количества особей.

Как рассказал лесник, некоторые заезжают под предлогом отстрела волков, а там делают, что хотят.

- Из-за уменьшения количества козерогов и других видов копытных волки начали уже наведываться в кошары, идут даже туда, где горит свет, раньше ничего подобного не было, - рассказывает Аскар Алыбаев.  

- Даже если в угодьях появляется охотник, его никто не проверяет, а талоны, которые должны отрывать при въезде в ущелье независимо от того, отстрелил ты животное или нет, так и остаются у него. Он может стрелять десятками, потому как талон при нем, и получается, что действует по закону, - рассказывает лесник о печальной ситуации на участке.

Вспомнил мой собеседник и забавный случай.

- Еще в девяностые годы была организована межведомственная бригада для противодействия браконьерству, они назвали себя гордо - «Беркут». Но бороться с нарушителями получалось, видимо, плохо, а отчитаться о работе было надо. И тогда они решили снять на видео операцию по захвату браконьера. На самом деле его роль исполнил подставной человек, которого якобы поймали со шкурой убитого несколько дней назад козерога, - рассказал он о чиновничьей показухе.   

Но браконьерство не единственная проблема уникального ущелья, где бьет минеральный источник Ак-Суу. В советское время эту воду пила почти вся республика. Сейчас здесь есть еще одна достопримечательность - пик Путина, высота его 4,446 тысячи метров над уровнем моря. Но это не помогает в сохранении окружающей среды.

Не менее серьезная проблема – эрозия почвы.

- Когда я молодым парнем пришел работать в лесничество, вон те горы напротив нас были полностью покрыты травой, не было видно камней, - показывает он на оголенные холмы, у подножий которых пасутся овцы.

По словам Аскара Алыбаева, тогда колхозный скот уничтожил почти всю траву, постепенно превращая когда-то зеленые склоны в каменную пустыню.

- Развал Союза сначала пошел на пользу экологии, отары сократились, и в горах снова начал увеличиваться травяной покров, и даже начали восстанавливаться кустарники, такие как боярышник, барбарис, - говорит он о положительных сдвигах.

Но, как рассказал Аскар байке, «поголовье скота стало снова расти, особенно овец». «Однако чабаны ленятся отгонять их далеко в горы, пасут возле входа в ущелье, не давая травам, которым, вроде бы, выпал счастливый случай, восстановиться и подняться», - говорит он.

Пожаловался лесовод и на отношение людей к природе.

- Сегодня люди живут по принципу: после меня хоть потоп, главное, чтобы я пил, ел, гулял. Мало тех, кто задумывается, что же после себя оставить потомкам, - считает лесник.

Опровергнуть его слова хотелось, но было невозможно. Когда мы вместе прошлись по местам отдыха горожан, то повсюду увидели следы их пребывания: многочисленные пустые бутылки из-под крепких напитков, не до конца сожженные отходы, то там, то здесь полиэтиленовые пакеты и много всего уродливого, что оставляет после себя «любящий свою родину человек».

На вопрос, организовывает ли местный айыл окмоту субботники по очистке ущелья, лесник не смог вспомнить подобного случая. Но хорошо вспомнил, как холодными зимами сельчане вырубают деревья вдоль трассы, делая зеленые зоны еще более скудными.  

Как человек немолодой, Аскар байке любит вспоминать советское время, когда и зарплаты хватало на содержание всей семьи, и обмундирование выдавали постоянно, и хороший соцпакет был в виде угля и сена. А егеря тогда днем и ночью дежурили у входа в ущелье, в котором паслись стада пугливых козерогов, в пионерском лагере, расположенном недалеко, отдыхали дети, в горах встречались приветливые чабаны с многочисленными стадами, да и коллектив лесхоза был дружный. И все работали.

Сегодня жизнь в ущелье иная: пьяные посиделки на природе, патриоты, оставляющие после себя горы мусора, незаконный отстрел остатков немногочисленных диких животных, эрозия почвы и сознания.

  

Бизнес