09:37
USD 69.74
EUR 79.24
RUB 1.05

Отсрочка введения техрегламента ЕАЭС по топливу необходима в интересах страны

Техрегламент ЕАЭС по топливу должен был вступить в силу в начале следующей недели, 12 августа. Но вопрос сейчас повис в воздухе. Минэкономики КР еще в июне обратилось в Евразийскую экономическую комиссию с просьбой перенести срок введения в действие регламента на 2023 год, решения комиссии пока нет. А тут еще мнения местных нефтетрейдеров разделились на две прямо противоположные позиции: одни считают, что необходимо начать руководствоваться техрегламентом, другие выступают за отсрочку. В аргументах и доводах сторон разбирался экономический обозреватель Курманбек МАМБЕТОВ.

Главный и основной мотив противников отсрочки — экологический: по топливному техрегламенту ЕАЭС запрещено производить и реализовывать ГСМ класса ниже К-4 и К-5 (аналог «Евро-4» и «Евро-5»). Использование нефтепродуктов невысокого качества действительно наносит ущерб окружающей среде, и спорить с этим было бы весьма глупо. Но одной ли заботой об экологии движимы те, кто желает немедленного вступления в силу техрегламента?

Известно, что ведущие российские нефтяные компании имеют собственные нефтеперерабатывающие заводы, которые в последние годы прошли глубокую модернизацию и могут выпускать ГСМ, отвечающие строгим стандартам. Также не секрет, что эти компании на территории Кыргызстана имеют свои розничные сети АЗС и, конечно же, заинтересованы в расширении своей доли на рынке ГСМ Кыргызстана. И понятно, что они получают серьезное конкурентное преимущество со вступлением в силу нового техрегламента.

Еще один вопрос — это вопрос равного доступа к продукции модернизированных НПЗ России, которая является основным поставщиком ГСМ в нашу страну. Что здесь имеется в виду? Специалистам отрасли известно, что не все из работающих в Российской Федерации крупных НПЗ к настоящему времени сумели приобрести новое оборудование, освоить новые технологии (оно и неудивительно: модернизация требует миллиардных вложений), потому не способны производить топливо классов К-4 и К-5. Вывод какой? Вывод в том, что велика вероятность возникновения дефицита новых сортов топлива: всякий крупный НПЗ свою деятельность ведет на основе долгосрочных контрактов с крупными клиентами, в которых оговорены все детали на годы вперед, включая цены, объемы поставок. И все остальные могут рассчитывать только на покупку дополнительных объемов, случайных излишков. Правда, сбой поставок не грозит тем нефтетрейдерам, которые аффилированы с НПЗ и которые, будем откровенны, ныне выступают за немедленное введение в действие техрегламента ЕАЭС. И это обстоятельство, надо хорошо отдавать себе отчет в этом, может привести и, скорее всего, приведет к снижению конкуренции на рынке, монополизации его группой игроков со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Теперь несколько слов о том, как скажется на отечественных нефтепераработчиках введение в действие техрегламента ЕАЭС. Да, у производителей в запасе имеются еще два года, да, можно долго и умно рассуждать о том, что наши НПЗ проявили медлительность и срывают — практически сорвали — сроки модернизации. Все это так. Впрочем, к введению техрегламента оказались не готовы сами госорганы: до сего дня, к примеру, не созданы государственные лаборатории — единственная имеющаяся лаборатория принадлежит нефтетрейдеру, занимающему доминирующее положение на рынке, и он в настоящее время за исследование одного образца топлива берет плату — внимание! — порядка 20 000 (двадцать тысяч) сомов.

Очевидно одно: сейчас нет смысла искать виноватых.

Тут важно другое — то, что через два года, к моменту вступления в силу техрегламента относительно производств топлива, отечественные НПЗ могут встать и, скорее всего, встанут.

Звучат в этой связи такие мнения, что ничего страшного в остановке работы НПЗ нет, поскольку все они принадлежат иностранцам, что потерю их госбюджет даже не заметит, поскольку совсем не велики их отчисления в казну. Это, скажу, не совсем так, вернее, совсем не так.

Все эти заводы зарегистрированы как юрлица на территории Кыргызстана. Мощности по переработке они строят здесь, рабочие места создают здесь, все положенные налоги от переработки (а не только от розничной продажи ГСМ) платят здесь. Еще один нюанс. Некоторые из этих заводов стали достаточно значимыми игроками не только на рынке розничных продаж ГСМ. Они уже оказывают серьезное влияние и на текущее состояние дел в нефтяной отрасли, и на перспективы его развития: у отечественных нефтяников, пусть они мелкие по сравнению с зарубежными гигантами, появляется уверенность в том, что их продукция найдет сбыт внутри страны, что они могут спокойно разрабатывать мелкие месторождения нефти.

Проиллюстрируем сказанное на примере кара-балтинского НПЗ «Джунда».

Со строительством «Джунды» Кыргызстан вошел в число стран, обладающих собственными мощностями по переработке нефти. Завод, скажем для справки, входит в состав китайской корпорации «Шэньси» — это одна из крупных энергетических групп Поднебесной: в год производит продукции на сумму около $30 миллиардов, занимая 347-е место в списке 500 крупнейших предприятий мира. Она владеет активами стоимостью $64 миллиарда, в компании работает около 200 тысяч человек.

Корпорации «Шэньси» завод в Кара-Балте обошелся ровно в четверть миллиарда долларов США, то есть в $250 миллионов. В декабре 2013 года НПЗ был сдан в эксплуатацию, в январе 2014-го произведена первая партия бензина. С тех пор с каждым годом увеличивается объем производства продукции, о чем свидетельствуют вот эти цифры:

  • 2014 год — 65 000 тонн;
  • 2015 год — 143 000 тонн;
  • 2016 год— 252 000 тонн;
  • 2017 год  — 336 000 тонн;
  • 2018 год — 600 000 тонн.

В текущем году планируют выйти на 800 тысяч тонн, то есть на проектную мощность.

На самом заводе, скажем к слову, работает более 900 человек. Около 400 сотрудников трудится на дочерних предприятиях завода. Если добавить сюда более 1 300 работников тех сторонних компаний, оказывающих услуги заводу, то получается внушительное количество вновь созданных рабочих мест.

Со дня начала строительства завода в казну государства поступило более $100 миллионов в виде налогов. Только в 2017 году компания заплатила налогов на сумму 2 миллиарда 300 миллионов сомов, а с 1 января по 15 августа 2018 года такие платежи составили сумму более 3 миллиардов сомов. Если учесть и те налоги, вносимые в бюджет дочерними предприятиями завода, то можно составить вполне точное представление о вкладе «Джунды» в пополнение казны города.

Сумма отчислений в бюджет удвоится, говорят на заводе, когда предприятие выйдет на полную мощность. НПЗ уже стал бюджетообразующим предприятием не только в масштабах города, но и в масштабах Кыргызстана: ныне он вошел в пятерку самых крупных налогоплательщиков страны.

В качестве послесловия

Со строительством НПЗ Кыргызстан вошел в число стран, обладающих собственными мощностями по переработке нефти (в соседнем Казахстане, обладающем гигантскими запасами нефти, за все годы независимости так и не построили ни одного нового нефтеперерабатывающего завода, там продолжают работать те же три Павлодарский, Актауский и Шымкентский НПЗ, заложенные в далекие советские времена, и у соседей — внимание! — временами возникает дефицит ГСМ). И это, считают специалисты, абсолютно верный курс, и правительство в лице Минэкономики абсолютно правильно пытается добиться отсрочки введения в действие техрегламента ЕАЭС, чтобы дать отечественным нефтепереработчикам дополнительное время, необходимое для модернизации.

Курманбек МАМБЕТОВ,

экономический обозреватель.

Популярные новости
Бизнес