Адвокат из Оша: Примирения между кыргызами и узбеками я не вижу, рассказывает
Deutsche Welle (Германия). Адвокаты на юге Кыргызстана относятся к тем, кто напрямую сталкивается с последствиями кровавого конфликта между кыргызами и узбеками, произошедшего в этом регионе в июне 2010 года. Они вынуждены работать в чрезвычайно сложных условиях: угрозы, оскорбления, избиения превратились в часть повседневной работы адвокатов, рассказала местный юрист Татьяна Томина. Она защищает людей, которых обвиняют в причастности к беспорядкам на юге Кыргызстана в июне 2010 года.
По словам Татьяны Томиной, все уголовные дела, в которых она участвует, рассматриваются под давлением и с обвинительным уклоном. «В зале суда постоянно присутствуют посторонние люди, которые не имеют отношения к процессу, но которым сотрудники правоохранительных органов позволяют оскорблять подсудимых и адвокатов и оказывать прямое давление на суд, - рассказывает она. - Меня дважды избивали. Второй раз - когда я просто пришла на работу в здание суда. Мне известен случай избиения адвокатов прямо на судебном процессе. Представители правоохранительных органов не реагировали на происходящее. Лично мне неоднократно угрожали. В итоге это дело взяла под контроль лично президент Кыргызстана, а я попросила предоставить мне охрану. Женщину, которая меня избивала, нашли. Но я простила ее и попросила оставить в покое. Выяснилось, что у нее во время июньских беспорядков пропал сын».
«Мои подзащитные - узбеки. Причем я участвую в защите обвиняемых в особо тяжких преступлениях. Так получилось. Я знаю, что до суда доведены и какие-то дела против кыргызов, но это случается гораздо реже, - говорит Татьяна Томина. - Оправдан был только Фарух Гапиров, сын правозащитника Равшана Гапирова. Их я защищала. Остальным вынесли обвинительные приговоры. Причем я говорю и о своей практике, и о практике ошских коллег: ни один обвиняемый узбекской национальности, кроме Фаруха Гапирова, не оправдан».
«Хуже всего ситуация уже осужденных, точнее, их семей. Дело в том, что суд, как правило, приговаривает людей не только к длительным срокам заключения, но и к конфискации имущества. Но подсудимые в основном кто? Мужчины, кормильцы больших семей, и здесь принято записывать на них все семейное имущество. Так что в итоге родственники осужденных остаются на улице. Есть просто вопиющие случаи, когда очевидно, что суду не нужны доказательства, - говорит адвокат. - У меня есть подзащитный по имени Дильмурат Хайдаров. Его обвиняют в убийстве сотрудника налоговой службы, убийстве одного военнослужащего и ранении еще двоих. Но это дело полностью сфабриковано. Во-первых, тело сотрудника налоговой службы до сих пор не найдено. Как говорится, нет тела - нет дела. К тому же Хайдарова пытали, это подтвердил даже дежурный врач следственного изолятора. Сам Дильмурат заявляет, что в беспорядках не участвовал, а охранял от мародеров территорию пригородного ошского села Нариман - нефтебазу, предприятия, автозаправки. Он говорит, что спас пять официанток кыргызской национальности, 20 китайских рабочих и 25 кыргызов с Ноокатского района, работавших в Наримане. Хайдаров сумел переправить людей целыми и невредимыми в другое место. Но этот факт никто не принимает во внимание».
«Я не могу сказать, что две общины примирились. Ведь уголовному преследованию подверглись в основном лица узбекской национальности. У них в душе, как мне кажется, хотя они и молчат, прощения нет. Это только на первый взгляд вроде все спокойно. Психологическая травма осталась, в том числе и из-за несправедливого правосудия. Очень много узбеков и кыргызов покинуло регион, потому что обстановка остается напряженной», - говорит Татьяна Томина.
