Алишер Мамасалиев о смертной казни, марионеточных партиях и о том, что было бы, если Эдиль Байсалов стал бы лидером мусульман

Алишер Мамасалиев, бесспорно, представитель нового поколения политического бомонда Кыргызстана. Несмотря на юный возраст, пока недостаточный для того, чтобы пополнить ряды маститых политиков, бывший предводитель молодежного движения «КелКел» стал одним из самых активных народных избранников в Жогорку Кенеше. Но как парламентарий он скорее узнаваем потому, что порой не смущается вступать в полемику с аксакалами, наделенными государственными регалиями, и не боится делать заявления, идущие, как говорится, в разрез с генеральной линией партии власти «Ак Жол», собственно которую и представляет. Однако и аксакалы, и оппоненты признают в нем равноправного коллегу и собеседника.

Сегодня Алишер Мамасалиев отвечает на вопросы ИА «24.kg».  

- С легкой руки руководителей силовых ведомств Кыргызстана в обществе вновь началась бурная полемика по поводу возможного возврата страны к применению смертной казни. Вы, как депутат, курирующий в парламенте сферу прав человека, объехавший практически все тюремные зоны, какой точки зрения придерживаетесь? 

- Я убежден, что наказание не должно быть обязательно смертельным, оно должно быть неотвратимым, неизбежным, это, пожалуй, главное. При определении его соразмерности первым фактором, наверное, надо рассматривать длительность срока заключения, а вторым - строгость режима содержания под стражей.

В идеале для нашей системы принудительные работы могут быть элементом наказания, этапом на пути раскаяния и исправления осужденного. Однако, как показывает практика, большинство наших осужденных от безделья и осознания, что в пенитенциарной системе идет гуманизация процессов, становятся на путь совершения повторных преступлений. Но я также глубоко уверен и в том, что при хорошем менеджменте Главное управление исполнения наказаний должно и может обеспечить процесс обязательных принудительных работ для осужденных, что, в свою очередь, позволило бы пенитенциарной системе обеспечивать себя ресурсами не менее чем на 40-50 процентов.

- Вы, насколько известно, лоббируете рассмотрение вопроса о преобразовании ГУИН в отдельный самостоятельный департамент и выведении его из системы Министерства юстиции...  

- О лоббировании пока говорить преждевременно. С такой инициативой выступил ряд неправительственных организаций, помимо прочего осуществляющий и мониторинг пенитенциарной системы. Мы сейчас вместе рассматриваем все аспекты этого вопроса. Но считаю, что такое предложение не лишено логики и заслуживает внимания специалистов, юристов и депутатов парламента.

- Алишер Тургунбаевич, в последнее время на заседаниях парламента вы стали чаще высказывать свое несогласие с позицией фракции «Ак Жол», иной раз просто идете наперекор большинству. Не боитесь, что коллеги подвергнут вас критике и призовут к ответу?

- Ну а как вы хотели?! Парламент - на то и парламент, чтобы спорить, обсуждать, доказывать, искать ответы на вопросы. Иначе как? Возможно, я часто задаю неудобные вопросы, бываю чересчур откровенным. Но не стоит воспринимать мои выступления на заседаниях Жогорку Кенеша как несогласие с фракцией, хотя вам, журналистам, наверное, хочется найти какую-то подоплеку. А кому-то и политическую мотивацию. Нет, не ищите, ее там нет, есть обычная работа.

- А кому-то - это кому?

- Я не раскрою секрет, если вновь напомню расхожее мнение: политика - абсолютно циничный процесс, это данность, которую ты либо принимаешь, либо становишься белой вороной. Призыв «Век живи - век учись» - ЦУ для таких, как я, а работа в парламенте для меня стала большой политической школой.

- Вам бы в дипломаты, так технично ушли от ответа. Хорошо, тогда расскажите, пожалуйста, как вы лично видите предстоящую реформу государственного управления?

- Для меня позитивным показателем действующей политической конструкции является реализация текущей, публичной политики на основе современных, методологических инструментов. Говоря простыми словами, становится очевидным, что нынешняя команда президента тесно работает с экспертами и методологами, и это, безусловно, хороший показатель.

Что касается формирования стратегий и программ, которые озвучил президент страны, то эти документы по содержанию очень качественные, следующий этап - их реализация, и вот тут будет сложнее. Мало запустить процесс изменений, гораздо важнее, чтобы эти изменения были эффективными. А для этого надо еще уметь ими управлять и координировать сам процесс, иначе может быть хаос.

Я бы не стал акцентировать внимание только на сейчас активно обсуждаемых политиками предстоящих структурных и административных изменениях, поскольку это лишь видимая часть айсберга предстоящей реформы. Самое интересное будет происходить внутри самого процесса, ведь Курманбек Бакиев недаром говорил, что будут и противники этих изменений. Речь, на мой взгляд, идет не просто о каком-нибудь отставном чиновнике, о целых группах влияния.

- После того как вы ушли в большую политику, ничего не слышно о молодежной организации «КелКел». Она существует?

- Существует. Открою маленький секрет. Координаторы и активисты организации решили в ближайшее время организовать расширенную встречу. Сейчас, по истечении трех лет, я пытаюсь переосмыслить деятельность «КелКел», ведь у нас была очень сильная команда, мы реализовали страновые проекты, уникальная была организация, второй такой нет, уже и не будет.

- Не рекламируйте, пожалуйста, своих коллег, лучше расскажите, а зачем встречаетесь?

- Повестка еще не определена, но поговорить нам наверняка есть о чем...

- А может быть вы, Алишер Тургунбаевич, намеревайтесь молодежную партию создать?  

- Провокационный вопрос. Если откровенно, не могу сказать, что я об этом не думал. Но на сегодняшний день я член партии «Ак Жол» со всеми вытекающими обязательствами.

Считаю, что этот вопрос более уместен для молодых лидеров, находящихся в свободном плавании, на их месте я бы обязательно зарегистрировал в Минюсте политическую партию такого, знаете, центристского толка.

Сегодня на молодежной площадке, к моему удивлению, активно работают только два субъекта - это религиозные организации и криминалитет. И молодежь и для первых, и для вторых остается прямым объектом воздействия. Посмотрите, сколько молодежи приходит на пятничные намазы. Да если в мусульманской общине появится молодой, харизматичный лидер типа Эдиля Байсалова, то у нас в перспективе могут быть очень серьезные проблемы.

- Ну раз вы вспомнили про представителя оппозиции, то озвучьте тогда и ваше мнение о том, что происходит у ваших оппонентов.

- Оппозиция и ее сегодняшнее содержание, думаю, как уровень влияния на принятие страновых решений уже себя исчерпала.

Новая, ее еще называют конструктивной, возможно, сформируется на базе центристских, поддерживающих политику президента двух-трех крупных политических партий, но не стоит путать их с марионеточными политическими организациями.

Если таковая сформируется, то, думаю, внутренняя политическая конкуренция из того же «Белого дома» или других политических площадок переместится в парламент. А здесь две-три группы влияния, лояльные к президенту, могут стать оппонентами по отношению друг к другу. Уверен, это произойдет довольно быстро, в течение одного-двух лет.    

У оппозиции был шанс, но не оказалось лидера...