Ошские дневники. Часть 1

Брань, крики... На остановке возле сидящего на земле избитого старика собралась толпа зевак.

- Ах ты, пьянь! - прокричала какая-то тетка, ударив бедолагу сумкой по спине. - Ну муженек! Опять нажрался?!

Семейные разборки закончились, но толпа еще долго не могла успокоиться, в волнении озираясь по сторонам.

«А как же запрет на продажу спиртного?», - удивленно подумал я и отправился на рынок.

Базар в микрорайоне «Западный» города Оша имеет стихийный характер. Продавцы сидят прямо у дороги, разложив свой товар на земле. Чуть в глубине раскинулись лотки и палатки.

- Водка есть? - спросил я невинно.

- Да, - ответила торговка, - выбирайте!

В холодильнике рядом с кефиром и натуральными соками стоят и бутылки с алкоголем. Вино, коньяк, пиво, водка... И все в открытую. А недалеко милиционеры патрулируют территорию.

Цены на базаре вполне человеческие. Помидоры - 10 сомов, картошка - 5, яйца - 5, наливные яблочки - 35, шашлык из курятины - 50.  

В основном берут самое необходимое - хлеб да макароны. На изысканные товары вроде баранины или говядины народ не тратится. И лежит это мясо на лотке, одолеваемое мухами.

- Зачем приходил, коли ничего не купил? - спросил меня любопытный старичок на выходе с базара. - Прогулялся бы лучше до вещевого рынка, что в районе хлопчатобумажного комбината. Там впечатлений куда больше!

У реки раскинулся базар «Жайма», сожженный в июне почти полностью. Но кое-где торговля продолжается. Сантехника, швейная продукция и электроприборы - вот товары нынче редкого на «Жайме» продавца. Покупателей нет. Они, видать, и не подозревают о возобновленной торговле. От скуки торговцы спасаются игрой в нарды или карты. Некоторые дуют пиво. А один улегся на самодельный лежак и сладко спит. А кругом ведь жулья немало! Прогулялся я чуть вглубь базара и встретился со скупщиками золота.

- Есть золотые изделия? Может, зубы? - спросила одна женщина.

- Нет, - отвечаю, приветливо улыбаясь во весь рот.

- А мы сейчас проверим! - бодро проговорили двое здоровых ребят, появившихся внезапно из-за контейнера.

Тогда я использовал вместо оружия фотокамеру.

- Подойдете ближе, я вас сфотографирую! - предупредил я.

Не грезившие о перспективах моделей, мужики удалились.

Решил проехаться по городу, дабы воочию лицезреть характер и масштабы разрушений. В микрорайоне «Черемушки», где проживают представители узбекской этнической группы, по обе стороны дороги лежат сваленные в кучу бывшие в употреблении стройматериалы - битый шифер, кирпич, штукатурка... Вокруг одни руины, только несколько «сталинок» уцелели. В переулке у палатки присел мужик и трет лицо руками. Завидев меня, побежал навстречу.

- Идем, я покажу тебе свой дом. Враг напал 11-го, вечером. Я в этот момент пил чай. Вдруг слышу - треск. Злодеи, приехавшие на самосвале, ударили со всей силы и сорвали ворота с петель. Стрельба, крики!... А у меня-то никакого оружия нет, нечем защитить богатство. Забрался на крышу, укрылся за дымоходом, начав наблюдать за разорением собственного хозяйства. Ворвались в дом, взяли бытовую технику, ковры, гарнитуры... А загрузив машину доверху, подожгли оставшееся и умчались. Хорошо, что родных дома не было. У соседей же одного мужчину до смерти забили арматурой, другого сожгли...

- Мой сынок был дантистом, прилично зарабатывал. Жили, ни в чем не нуждаясь, - плачет пожилая женщина. - Ночью в дом ворвались ребята в масках, стали искать деньги и золото. Замахнулся один топором, я на колени упала и стала просить о пощаде. Но сына не пожалели: связали, бензином облили...

- В нашей семье одиннадцать человек, четверо - инвалиды, - рассказывает Хаби, в мирное время работавший сварщиком. - Старшей 81 год, пережила два инсульта.

Большая семья размещается в двухкомнатной полуразрушенной хате и шестиместной палатке, стоящей в палисаднике.

Разговор подхватывает соседка Хаби.

- С едой проблем нет - гуманитарная помощь поступает стабильно. Но больше радоваться нечему. В город выйти нельзя - сразу привяжутся агрессивно настроенные националисты. Люди из этих мест до сих пор пропадают без вести! Война продолжается...  

- Еду дают, а лекарства - нет, - продолжает Хаби. - Как быть больным людям, диабетикам? Работы-то ни у кого здесь нет и денег тоже. И проблемы с жильем не решаются. Недавно должна была приехать делегация из арабских стран. Их отвели в кафе неподалеку, накормили и увезли обратно. А о нас будто забыли. Обитаем в палатках, а по ночам уже прохладно. Что будет через два-три месяца? Не станут люди долго терпеть подобные лишения. Не восстановят нам жилье - поднимем восстание.

Я уже собрался уходить, когда меня догнал какой-то старик, взял за руку и куда-то потащил.

- Садись, бери вилку и ешь! - требовательно сказал он, приведя меня в палатку. - Плов еще горячий.

Пока я полдничал, он говорил мне о проблемах бытия.

- Мы мирные люди. Всю жизнь здесь жили в дружбе с соседями. Кому мы не угодили, за что с нами так? В переулке Ермака жила семья из семи человек. Избив и ограбив, их заперли в погребе и подожгли. А сверху, чтоб не выбрались, взгромоздили тяжелый холодильник. Но были и герои. В доме напротив живет парень-кыргыз, его не тронули. Он спас 35 человек, укрыв их в своей кладовке.

Героя дома не оказалось. За него ответила соседка.

- Он поступил как патриот своей страны, не дав в обиду соотечественников. Но не все такие. Живем в постоянном напряжении и недоверии к ближнему и властям.

В селе Шарке на выезде из Оша у народа похожие проблемы.

- В наше село беда пришла 11 июня в 13.00. Вступили танки, БТР, люди с автоматами. Военные не мешали бандитам, а помогали им, сбрасывая оружие с вертолета, - уверяет домохозяйка Хыкоят. - У нас увели шесть баранов и автомобиль. Писали заявление в ГУВД, но там требуют денег. «Выделите средства на бензин, займемся поисками. Нет - значит, нет», - говорят в милиции.

У двора собралась целая толпа женщин, и каждая делится своим горем.

- Лучшим выходом из ситуации было бы присоединение к России, - считает Хыкоят. - Местные власти не могут обеспечить безопасность и порядок в стране. Нам нужно сильное руководство, подходящее к защите своих граждан ответственно.

- Неплохо бы еще ввести в страну полицейские силы ОБСЕ, - хором сказали женщины. - Против них выступают люди, не знающие или не желающие видеть реальное положение дел в Оше. Трудно сказать, кто идеолог, а кто спонсор этой войны. Но чья бы сторона ни оказалась в итоге виноватой, важно разобраться в проблеме, чтобы не допустить ее повторения. Здесь поможет только сторонний наблюдатель.

Возвращаясь в центр города, поймал такси. Проезд в Оше, кстати, гораздо дешевле, чем в Бишкеке. В любую точку города вас доставят не больше чем за сто сомов.

- Не нужны нам никакие полицейские, - жестко отрезает таксист Нурдин, живущий в Оше с 1971 года. - Внутренние дела республики касаются только нас, и свои проблемы мы решим сами...