02:28
+23
USD 68.46
EUR 82.06
RUB 1.18
Взгляд

Коллективный президент. Нужен Кыргызстану такой?

Американский экономист Мансур Олсон почти полвека назад выдвинул «теорию коллективных действий» для объяснения особенностей экономического роста разных стран в разные исторические периоды.

Мансур Олсон считал, что на экономическое развитие огромное воздействие оказывают небольшие лоббистские организации и коалиции, преследующие свои интересы и расширяющие свое влияние куда более эффективно, чем большие группы или сообщества.

В своей книге «Возвышение и упадок народов» он делает вывод, что в конечном счете организации с особыми интересами и сговоры уменьшают эффективность и совокупный доход общества, в котором они действуют, и придают политической жизни более конфликтный характер. 

К концу президентского срока Алмазбека Атамбаева стало очевидно, что страной правит президент, а управляет — небольшая группа преданных ему людей.

Своя рубаха ближе к телу

Они достаточно эффективны и решительны, чтобы добиться в стране стабильности, потушить законные, в условиях парламентской республики, амбиции депутатского корпуса, задавить оппонентов и установить информационный контроль над общественными настроениями.

Алмазбек Атамбаев создал «коллектив» — малую группу, которая работает эффективнее, чем большие, — все наше общество, парламент, состоящий из шести фракций и множества интересов. Однако сможет ли эта группа, этот «коллектив» гарантировать политическую стабильность в условиях действия новой Конституции и смены одной личности на другую на высшем президентском посту? Все-таки влиять из-за кулис под прикрытием надежного зонтика — это один уровень политического менеджмента. А быть самим на передовой, в открытом публичном пространстве — другой.

Не менее важен вопрос: сможет ли эта группа политических менеджеров стать источником масштабных трансформаций, которые приведут к повышению качества жизни простого гражданина?

Явный крен в сторону новых программ и проектов, инициированных правящей группой в последние месяцы работы президента, позволяет предположить, что есть понимание: если властная группа по-прежнему будет увлечена укреплением своей власти в ущерб реальной государственной работе, то никакой изощренный политической менеджмент не поможет сохранить доверие общества.

Ждет ли нас прорыв?

Нельзя все получить сразу. Реформы ради реформ — это чреватый путь. Однако не стоит забывать, что сегодня в мире стагнацию считают явлением ненормальным. Мир не стоит на месте.

Если страна все время барахтается в проблемах и ходит по миру с протянутой рукой, значит, с этим обществом и его политическими лидерами что-то не так.

Стойкая неспособность общества к модернизации рассматривается как проявление его фатальных пороков. Современные теории экономического роста могут отнести подобную неспособность к культурным традициям, тормозящим развитие определенной нации. По сути, это означает, что этот народ никогда не вырвется на новый уровень. Его предназначение — производство рабочих рук не для себя, а для иностранных рынков труда.

Действующий президент выбрал курс на интеграцию в евразийском пространстве, пошел на создание парламентской республики, следовательно тип модернизации определен. Проблема только в следующем: где она, когда начнется? Затягивание с ней, либо ее имитация, чем особенно стала увлекаться правящая группа, может серьезно пошатнуть сложившуюся конструкцию.

Риски есть, и они большие

Одно из определений модернизации звучит как «процесс полной или частичной реконструкции общественной системы с целью ускорения развития». В случае выигрыша новый национальный лидер, выдвинутый «коллективом», запустит «процесс полной или частичной реконструкции общественной системы с целью ускорения развития»? Или для этого решения нужен консенсус участников «коллектива»? А если кто-то будет против?

К примеру, у кого-то из «коллектива» есть очень ощутимые интересы, предположим, в таможне. Что тогда? Не будет реформ в таможне? Бюджет опять будет «провисать», а учителя и медики продолжат «выжимать» деньги с граждан? Ведь надо же сохранить консенсус в группе. Зачем «коллективному президенту» конфликтовать за что-то эфемерное, общественное, когда придется входить в конфликт с партнером? Если «коллективное» окажется сильнее общественного? Тогда наше общество будет в заложниках системы, и нет смысла ждать позитивных изменений, потому что есть взаимные обязательства участников властной группы — «коллектива».

Какой бы внутренней, природной силы не был политик со стороны, гипотетический «кыргызский Махатхир Мохамад», ему не суждено стать самостоятельной фигурой во властной пирамиде. Сильный, независимый политик не нужен. Он — угроза «коллективу». Им можно пользоваться, а при росте амбиций — выводить из игры.

Участники «коллектива» скоро станут еще могущественнее. Ранее они подчинялись сильному Алмазбеку Атамбаеву, а станут независимее и самостоятельнее.

Самостоятельность не приветствуется

В гарантирующей спокойствие схеме смены власти вряд ли будет место самостоятельным игрокам. В крайнем случае, если в результате голосования вперед пойдет иная фигура и, пусть даже с его согласия и компромисса, его назовут преемником, все равно конфликта не избежать.

«Коллективу» не нужен иной президент. Президент-сюрприз может гарантировать спокойствие одному человеку, но не всему «коллективу». Здесь тоже заложены риски.

Можно предположить, что Атамбаев не уйдет из политики. Страховые контракты тоже перестраховываются. Всегда будет сохраняться угроза, что без него единство «коллектива» будет нарушено. Для «коллектива» важно удержать три главных политических поста. Если одно из трех мест утеряно, конфигурация перестает быть устойчивой и надежной. Снизится уровень безопасности для всего «коллектива».

Не случайно, видимо, ряд политиков уже обозначают, что для них настоящая большая цель — это максимум в будущих парламентских выборах. Тогда можно получить контроль над законодательным органом, возможно, правительством, после чего наступит время перераспределения ресурсов, которые сегодня в руках «коллектива».

Какое место отведут Атамбаеву

Еще одно предположение. Алмазбек Атамбаев не будет занимать некую государственную должность, как неоднократно ранее говорилось. Допустим, экс-президент сконцентрируется на вопросах Pax Altaica. Не исключено, что одним из переходных вариантов управления страной будет схема «Арашан — «Белый дом». «Коллективный президент», «коллективный премьер-министр», ну и, возможно, некий «кандидат в политбюро» в должности спикера будут до поры до времени послушно исполнять волю и стратегию Старшего, создателя «коллектива». В его руках будут поводья, в то время как «президент Кыргызской Республики» будет исполнять роль подчиненного, зависимого политика с ограниченным коридором полета. Потому, что есть Старший, кто создал систему, кто благословил.

Может так получиться, что несколько высших должностных лиц страны будут обладать еще иным, тоже значимым статусом: «друг», «братишка», «наш парень». Тогда стандартная система координат «электорат — легитимная власть» будет перекрываться дополнительной сеткой «неформальная власть — легитимная власть». Электорат как бы отходит немного в сторону. Проблема в том, что таких братишек будет немало.

Конфликты и споры во власти есть всегда. И даже внутри коллектива. Кто будет разрешать споры между ветвями власти? Конституция? Закон? Или неформальная власть будет решать, кто из братишек прав, а кто виноват?

Конкуренты спать не будут

Будет при таких раскладах развитие страны? Подумайте сами. «Коллектив» будет вынужден откладывать модернизацию страны. Силы и время будут расходоваться на удержание ситуации. «Коллектив» хорошо интригует или управляет политическими рисками, но реальное дело для нации пока не смог сделать. Стабильный и благоприятный период для «коллектива» был благодаря президенту Атамбаеву, надежной крыше и крепкому тарану, если была в этом необходимость.

Возможностями не воспользовались. Ведь по сути, нет ни одного законченного реформаторского продукта. Есть хорошие начинания, но нет осязаемого результата.

Президентская кампания послужит толчком к формированию иных групп, цель которых идентична — получить доступ к ресурсам, которые на их взгляд не могут так долго находиться в руках только одного «коллектива».

Другая группа, придя во власть, будет делать то же самое, такова природа власти в нашем обществе. Аскар Акаев и Курманбек Бакиев продемонстрировали нам коллективное управление во всей красе. Ведь проблема была не только в личностях самих двух президентов. Проблема была в делах и поступках «коллективов», которые были рядом с ними.

Интриги наше все

Тем не менее Алмазбек Атамбаев с этой точки зрения, возможно, лучший президент в нашей независимой политической истории.

Ведь в целом же его курс на стабилизацию, обновление и очищение был верным.

Пока неожиданно не началась игра в конституции, а затем борьба с оппонентами, давление на СМИ. Мирно спящее общество, в целом довольное окружающим миром, вдруг разбудили, накачали злой энергией и тем самым раскололи. Все ради «коллективного президентства».

Люди голосовали бы за продолжение курса президента Атамбаева и без политических схем и интриг. Из уважения. Из благодарности. За искренность. За честность. За горячую, пусть порой чрезмерно эмоциональную, но настоящую преданность стране.

Нам действительно нужно было наследство Атамбаева, которое до августа прошлого года было на пике роста. Любой негодяй, пришедший к власти в результате народного голосования (демократия — все возможно), быстро оказался бы в шаткой позиции, потому что курс Атамбаева был бы поддержан не только «коллективом», а большинством общества.

Сложно ожидать, что другие серьезные претенденты на высшую власть сформируют в короткое время некие разумные союзы с тем, чтобы скорректировать коллективное управление, включить подлинную политическую конкуренцию. Но делать это необходимо. Залог стабильности для всех — в разумных действиях политиков, которые сегодня вне «коллектива», вне власти, в разумном оппонировании, в действиях. Великолепные возможности есть у парламента страны, несмотря на его вынужденную скромность.

Бизнес