20:59
USD 84.52
EUR 100.51
RUB 1.15
Общество

Кому отольются детские слезы?

Парламентский комитет по законности, правопорядку и борьбе с преступностью 25 сентября поручил отменить приказ Министерства социального развития «О комиссии по аккредитации организаций иностранных государств по усыновлению и удочерению детей-граждан КР», а также выданные аттестаты по аккредитации. А тем временем в Первомайском районном суде города Бишкека проходит процесс по обвинению экс-министра соцразвития Равшана Сабирова и его помощника Тахира Мирзахмедова в вымогательстве взятки у иностранной компании за выдачу аттестата. Эти события - звенья одной цепи.

Накануне Тахир Мирзахмедов опроверг свои первичные показания, данные им спустя почти три месяца после задержания. «Первый адвокат уговорил меня дать компрометирующие показания в отношении Сабирова, обещая, что это поможет избежать уголовной ответственности», - пояснил он и признался, что получил $5 тысяч за выдачу представителю итальянской компании Гулайым Исмаиловой аттестата на деятельность по усыновлению детей. «Эти деньги дали мне в качестве вознаграждения. Я лишь хотел заработать», - сказал обвиняемый.

Вот так предельно просто и откровенно. Он лишь хотел заработать... на детях, которых и так обидела судьба, обделив родительским вниманием. И похоже, что поживиться на этом поприще не прочь сегодня многие...

С камнем за пазухой

Асель Аттокурова (имя, по просьбе респондента, вымышленное) - работающая мать-одиночка пятерых детей. «Обстоятельства так сложились, что мне пришлось временно отдать двух своих девочек-близнецов в Специализированный бишкекский дом ребенка (СБДР). Я их регулярно навещаю и поддерживаю с детьми связь, - рассказывает она. - Этим летом ко мне обратился некий Александр, представившись меценатом, оказывающим гуманитарную помощь малообеспеченным. Я была крайне удивлена его визитом и тем, откуда он узнал мой адрес. Позже сотрудники дома малютки высказали удивление по поводу того, что я якобы отказываюсь от девочек. Но у меня и в мыслях такого никогда не было!».

«Александр дал ей 3 тысячи сомов, после этого еще пару раз приезжал, стал, по словам Асель, проявлять нездоровый интерес к детям. Выяснилось, что он даже владел информацией об их физическом состоянии (у одной из близняшек есть проблемы с печенью). Странно, что мужчина с улицы и владеет такими данными, - добавляет глава ОФ «Лига защитников прав ребенка» Назгуль Турдубекова, на чье имя женщина написала заявление с просьбой о помощи. - Позже к Асель пришли милиционеры якобы с требованием написать отказную от детей. В доме ребенка матери пояснили, что это обычная процедура, когда милиция ходит по домам и работает с родителями. Но, насколько мне известно, правоохранительные органы занимаются этим только в том случае, когда детей готовят на усыновление. Иначе нет даже оснований для поиска биологических родителей. Мать очень переживает и просит сохранить семью и детей».

Как выяснилось, информация об удочерении итальянской парой двух сестричек случайно дошла до социального педагога СБДР Чынары Кожобековой, которая занимается поиском биологических родителей. Именно она в июле 2012 года рассказала тележурналистам, что отдать иностранным родителям собирались абсолютно здорового малыша, у которого нашлись родные.

Главный же врач СБДР Жылдыз Иманбаева уверяет, что «ни о каком усыновлении речь не идет». «В 2011 году ко мне обратился представитель итальянской организации Александр Ангелиди, который представился спонсором. Он пообещал нам сделать ремонт, приобрести мебель. Кроме того, из всех матерей-одиночек для оказания спонсорской поддержки он выбрал именно Асель Аттокурову, я их состыковала, познакомила, объяснила, что будет оказываться только помощь, и ни о каком усыновлении речи быть не может. Тем более ее близняшки нигде по базе данных не проходят как подлежащие усыновлению, - отмечает она. - 17 июля девочкам исполнилось 4 года, и они подлежат переводу в Беловодский дом ребенка, поэтому был отправлен запрос в правоохранительные органы по розыску мамы - она пропала на 2,5 месяца. Я сама только недавно услышала об этом случае и увидела фотографии девочек. По словам воспитательницы, Ангелиди приходил в СБДР с двумя итальянцами, сказав, что это журналисты, которые якобы готовят репортаж об оказываемой им гуманитарной помощи, и сфотографировал девочек. Откуда мне знать, почему он интересовался их здоровьем? Нужно его об этом спросить».

Но сделать это уже невозможно. Александр Ангелиди проходил потерпевшим по делу экс-министра Равшана Сабирова, и 26 сентября на заседании суда стало известно, что он скончался в России. Поэтому о его истинной роли остается только догадываться.

Один в поле

«Я работаю в доме ребенка четвертый год и знаю несколько случаев, когда на усыновление отдавали детей, у которых есть мать. Один из них до сих пор расследуется. В 2010 году на усыновление передали материнского ребенка, я подняла шум, оповестила прокуратуру и занялась поиском родителей. Проверка длится вот уже 3 года, в 2011-м, к сожалению, мама девочки умерла от болезни, но есть родственники, которых суд почему-то не ищет. А недавно потенциальные родители хотели усыновить ребенка, репатриированного из Москвы. Но я уже нашла маму и рассказала об этом усыновительнице. С этого и начался весь сыр-бор, мол, как мы могли в такой кратчайший срок найти родных?» - рассказывает Чынара Кожобекова.

«Большая вина специалистов отдела поддержки семьи и детей (ОПСД): они не ставят нас в известность, что готовят определенного ребенка на усыновление, не спрашивают нас, был ли поиск родных и не нашелся ли кто-нибудь. Тем самым они обнадеживают усыновителей, те приходят с запросом и направлением, а услышав о найденных родственниках, начинают нервничать, мол, зачем искать родителей, если ребенок отказной, и писать жалобы во все инстанции, - отмечает она. - Естественно, я неудобный человек, особенно для ОПСД. Там обязательно преследуют корыстные цели, все усыновители жалуются, что отдают за ребенка большие деньги. Но когда им предлагаешь огласить все нарушения общественности, они боятся. Получается, что у кого нет значительной суммы, тот не сможет усыновить ребенка. В сфере усыновления идет сговор Минсоцразвития, главного врача дома малютки и отдела опеки. Уже невозможно молчать, раньше такого никогда не было. Я четко работаю в рамках закона, но когда начинаю делать замечания, это никому не нравится».

Соцпедагог жалуется, что на нее в последнее время «оказывает давление руководство». И вполне понятно, почему. «Мне грозят увольнением. Я обратилась с заявлением к главе Октябрьского района Олегу Попикову, который переадресовал его в ГКНБ и прокуратуру, что я и сделала. А накануне вызвали к замглаве района Татьяне Кузнецовой, где она, главврач СБДР и главный специалист ОПСД Динара Исабекова поливали меня грязью. Просто невозможно работать», - со слезами говорит Чынара Кожобекова.

Заседали названные лица долго и громко. Но от комментариев журналистам Татьяна Кузнецова и Динара Исабекова отказались. А вот, что сказала в свою очередь Жылдыз Иманбаева: «Все это вранье, никакого давления на Чынару не оказывается». А на мой вопрос, уволит ли она соцпедагога, главврач ответила: «Я не знаю, уволю, пусть разбираются в прокуратуре».

Что за ширмой?

Понятно в этой ситуации одно: Бишкекский дом ребенка после разразившегося скандала с международным усыновлением лихорадит не на шутку.

«Информации о том, что в наших домах ребенка не все прозрачно, немало, - отмечает Назгуль Турдубекова. - Распространена практика, когда детей искусственно отторгают от финансово уязвимых матерей, оставивших своих отпрысков на время в интернате. И потом отдают их на местное и международное усыновление, поскольку это стоит хороших денег. Я сама была членом комиссии по аккредитации агентств и не понаслышке знаю о системе. А мамочки не могут ни слова сказать против руководства домов, поскольку их дети становятся заложниками».

«Огромной ширмой для возникновения коррупционных схем служит тайна усыновления, - уверена она. - Общественности очень тяжело отследить, какие дети, сколько и куда были усыновлены. Очень много шума по процессу усыновления, но кардинальных решений не принимается. В первую очередь необходимо отказаться от тайны усыновления, дети имеют право знать правду. Известны случаи, когда дети рано или поздно узнают о том, что их усыновили, и сбегают из приемного дома. Самое ужасное в сложившейся ситуации то, что дискредитируется сама идея международного усыновления. Ведь по идее ее цели гуманны: помочь ребенку приобрести семью за пределами республики, если его не захотели усыновить внутри страны».

Бизнес