19:34
+25
USD 68.43
EUR 81.71
RUB 1.19
Взгляд

Время балашек в кыргызской политике

Дело не в возрасте. Дело в том, что в голове в этом возрасте.

Элита: из мальчишек в «отцы-основатели»

В сознании нашего общества много стереотипов. Особенно о власти. Один из них в том, что молодежь — это и есть перспектива для будущего. При этом само понятие «молодежь» весьма пространно. Главный критерий здесь — возраст. Очень условный возраст.

Официально «молодежь» в Кыргызстане — это люди от 18 до 29 лет. По логике стереотипа, значит, именно они — самые перспективные и прогрессивные, способные вывести страну из перманентного политического кризиса. А как на самом деле?

Обратите внимание, когда все наши историки и политологи описывают понятие «элиты» Кыргызстана и приводят примеры, то чаще всего опираются на хрестоматийный образ — «отцов нации» или «отцов — основателей кыргызской государственности». Тех, кто почти век тому назад в разной степени имел отношение к формированию государственности Кыргызстана: Абдрахманов, Арабаев, Сыдыков, Тыныстанов...

При этом, как правило, игнорируется то, что все, кто входит в этот пантеон отцов, в то время были в достаточно молодом возрасте. По нынешним меркам, это были просто мальчишки, которые своей храбростью, трудом и дерзостью заложили фундамент национального и государственного строительства. Так, понятие «элитного возраста» размывается.

Традиционная и советская культура (склонная на определенном этапе к геронтократии) привила нашему обществу стереотип, что «элита» — это всегда возрастные аксакалы. Тем самым проложив возрастную границу для участия в политике «молодых людей», которым далеко за пятьдесят.

Балашка — политик

Современную политическую историю Кыргызстана вполне можно обрисовать как цикличную. Где три-четыре круга смены власти повторяют друг друга в нормах и практиках. В то время как основные лица участников одни и те же.

Парадокс в том, что очередная «новая власть», пришедшая на смену «старой», воспроизводится один в один. Практически все те же лица, кроме, может быть, одного ключевого — президента.

Даже если эта «смена власти» происходит, через отрицание прежних политиков и их «режимов», а также революции, с сопровождающимися революционными же издержками — кровопролитиями и жертвами. Но лица, по сути, все те же.

При этом политические циклы такие короткие, что лица истеблишмента даже не успевают состариться. Что не означает, что они не приобретают опыт, не социализируются в уже устоявшейся системе власти и не приобретают сложившиеся неформальные навыки и иммунитеты, которые дает им опыт властного закулисья. Тот самый неоценимый опыт, сделавший их незаменимыми.

Прежде всего это лояльность к ситуативно меняющемуся хозяину, наивно полагающему, что именно ему эти ребята служат как никому другому, до и после.

Эти ребята идеальны для любой власти. С одной стороны, они как бы еще балашки по возрасту и послушны, как овечки. С другой — это уже волки, имеющие опыт, клыки и стаю.

Они не идеалисты. У каждого есть опыт в прежнем, отверженном эшелоне власти. У них всегда заготовлен парашют — на смену очередной власти.

Они точно знают — умелое владение техникой лояльности и государственного управления даст им «теплое место» и при следующем хозяине.

Уже оперившись, они запрыгнут еще выше. И также легко забудут нового хозяина, как и предыдущего. Опыт уже есть.

Другое дело, что у доверчивого хозяина не остается выбора. Надеясь на «вечную благодарность» за то, что когда-то поднял-продвинул очередного балашку, он обречен быть всего лишь очередным трамплином. Его это злит, будучи у власти он всегда мог наказать ослушавшегося. Как это было с Жанаром Акаевым. Но поезд ушел.

Балашка — бизнесмен

Надо сказать тип «молодежи» — балашка — характерен не только для младых чиновников. Он ярко обозначен и в бизнесе. А еще показательнее — в тандеме политика — бизнес.

В Кыргызстане политика сегодня — гораздо более устойчивый капитал. Именно она дает иммунитет на возможности переходить черту в любой сфере, патронировать устойчивость бизнеса, своего и других... Для агрессивного и нахрапистого бизнеса в условно правовом Кыргызстане это Клондайк. Потому многие так уверенно, работая локтями, прокладывают себе путь в политику.

Значит ли это, что молодежь в политике управления у нас в почете? Нет. Это не молодежь, это не лидеры.

Балашка — это выработанный фаворит абсолютных исполнителей. Последние стратегии, их выдохшаяся перекомпелированная форма и содержание — тому пример.

Есть энергичные, улыбистые, послушные балашки, которым и за 40. Но их ролевая модель и функция остаются прежними — лояльность и исполнительность. Даже в ЦАРИИ пытались аккумулировать, прежде всего, мозги, интеллектуальный потенциал, а потом уже просто лояльность.

Сейчас все упростилось. Балашки вынесли уроки, и проявлять индивидуальность они не хотят. Нужно признать, что стратегии и планы, разработанные при ЦАРИИ, были гораздо грамотнее и инновационнее, чем те, которые сбрасываются сегодня. Наверное потому большинство заявленного сегодня — это просто-напросто вторсырье того, что производилось раньше. Назвать все это стратегией очень сложно.

Реальные инициативы молодежи свелись на нет. Им уготована роль либо коллективных ассенизаторов на партийных субботниках, либо роль ветерана молодежного крыла СДПК Рената Самудинова.

2017 год рискует стать для балашек неким пубертатным периодом, когда они должны «повзрослеть», их голоса наконец-то прорезаться. Будущее сулит им солидные дивиденды.

При определенном раскладе они могут наконец-то вылупиться из передержанного яйца балашки. Вопрос только в том, насколько у них осталось духа и профессионализма быть собой, а не только тенью очередного аташки.

Государство — балашка

А что для страны? Достоинство, честь и совесть — выхолощенные и девальвированные понятия. Эти понятия долгое время не востребованы ни в стране, ни во властной иерархии. Так случилось. У первых лиц они сменились на жертвенность первого лица. А для всей массы — обозначенной то ли народом, то ли населением — терпением. Такой вот страновой тренд — общее терпение и жертвенность «во имя стабильности».

Доминирующий психологический же тренд — вторичность, соответственно — неполноценность. Мы как государство привыкли быть под влиянием, заботой, опекой большого брата — паттерна, часто выраженными банальным финансированием.

Что мы финансируем за счет большого брата? Поддержку госбюджета, которого не хватает на выплату зарплат учителям и врачам. Поддержку частного бизнеса, который строит очередной бизнес-центр, а не больницу.

Вместо заявленного развития у нас моллы и супермаркеты, гостиницы и базары. И очень символично, что профинансированный из Российско-Кыргызскогого фонда развития молл будет открыт и презентован в День независимости Кыргызстана.

Вообще вся политика последних лет, и особенно суетливость политиков, демонстрирует, что и само наше государство — балашка. Такой же послушный и лояльный. А балашке, как водится, по роли своей отведено место молчаливого, исполнительного привратника, ну или того, кто ходит с тазиком, помогая руки мыть.

Все становится на свои места. Роли отцов и балашек определены в четкой иерархии. Вот и нынешнее, как бы новое правительство. Собственно, так и непонятно это правительство — оно правительство государства или заполненный балашками класс.

Балашек нынче модно сравнивать с историческими личностями. В том числе с теми, у кого в истории кыргызской государственности было определено место отцов нации. Например, с Исхаком Разаковым.

Главный парадокс в том, что все эти балашки — далеко не молодежь. Это вообще уже давно не молодежь.

Интеллигенция проснулась?

Собрались как-то люди. Заговорили о чести, достоинстве, совести. Стряхнули пыль. Удивили. Список действительно знатный — опытных, мудрых, плодовитых. Почему вдруг так встрепенулись те, которые давно молчали? Может, потому, что помнят и понимают те самые посылы о достоинстве и чести. Может, понимают и помнят, чем грозят инфантилизация и рыхлость власти. Может, вспомнили затянувшийся застой. А может быть, просто видят всю эту подмену с балашками?

Они поддержали Темира Сариева. В нынешней ситуации он — перекресток поколений и ценностей. Темир Сариев — на данном этапе наиболее взвешенный компромисс между агрессивно-алчными и пушисто-лояльными теми самыми балашками.

Чем ценна эта инициатива вдруг собравшейся интеллигенции? Почему она обеспокоена? Потому что реального голоса ответственного поколения нет. Потому что старшее поколение этой самой интеллигенции, честно говоря, уходит. Но именно они помнят, чем может стать для Кыргызстана вся эта подмена ценностей, в том числе ценности независимости страны. А может быть, просто хотят, чтобы не было войны.

...31 августа 2017 года Кыргызстану исполняется 26 лет. Этот возраст смело можно отнести к понятию «молодежь». Целое поколение ровесников государства.

Неужели нам не важно, какое это поколение? Поколение next или поколение балашек?

Популярные новости
Бизнес