12:00, 05 января 2026, Бишкек - 24.kg , Турдубек АЙГЫРОВ
В 2025 году Кыргызстан окончательно перестал быть для мировых СМИ «белым пятном» Центральной Азии. Иностранная пресса писала о республике регулярно и в разных контекстах — от геополитики и экономики до символов и экологии. При этом образ страны получился противоречивым: быстрый рост и дипломатические успехи соседствовали с критикой политических ограничений и усиления роли государства.
Одной из самых устойчивых тем года стало сужение публичного пространства. Reuters в аналитических материалах отмечал, что Кыргызстан, ранее считавшийся самой открытой республикой региона, «все чаще использует инструменты регулирования, характерные для более жестких политических систем».
The Economist в одном из обзоров Центральной Азии формулировал еще жестче, указывая, что страна «постепенно теряет статус демократического исключения», а «политическая конкуренция становится более формальной, чем реальной».
Отдельной линией шло обсуждение интернета. Агентство обращало внимание на эксперимент с концентрацией международного трафика через государственную компанию, называя его «редким для региона примером цифрового централизма».
На фоне критической повестки особенно ярко выглядело подписание соглашения по кыргызско-таджикской границе. Reuters назвал это событие «одним из самых значимых дипломатических прорывов в Центральной Азии за последние годы».
Экономический блок публикаций стал одним из самых насыщенных. Reuters и Bloomberg неоднократно фиксировали рост ВВП Кыргызстана на уровне около 10 процентов и выше, подчеркивая, что «экономика страны расширяется быстрее, чем прогнозировали международные институты».
В материалах Reuters рост связывали с несколькими факторами: активным строительством, увеличением внутреннего спроса и ролью республики в новых торговых цепочках Евразии. КР все чаще описывали как транзитную площадку, сумевшую адаптироваться к изменившейся логистике.
Bloomberg в аналитических заметках писал, что государство «выходит из тени как небольшая, но заметная экономика региона», особенно на фоне осторожных темпов роста у соседей.
Отдельное внимание мировых СМИ было приковано к золоту и руднику «Кумтор». После национализации проект рассматривался как тест на способность государства эффективно управлять стратегическим активом.
Одним из самых цитируемых сюжетов года стал демонтаж памятника Ленину в Оше. Le Monde писала, что это решение «выходит далеко за рамки муниципального благоустройства», даже если власти стараются деполитизировать процесс.
Associated Press рассматривало демонтаж как часть более широкой тенденции отказа от советских символов и переосмысления идентичности. В материалах подчеркивалось, что подобные шаги неизбежно считываются как политические, независимо от официальных формулировок.
В конце года иностранные СМИ обратили внимание на мусоросжигательный проект в Бишкеке. В публикациях его называли первым крупным объектом формата waste-to-energy в Центральной Азии.
Экономическим итогом года стало интервью руководства Национального банка Кыргызской Республики агентству Bloomberg, опубликованное в декабре.
Агентство цитировало позицию регулятора о том, что рост экономики в 2025-м может превысить 10 процентов, а золотовалютные резервы остаются ключевым буфером устойчивости. Отдельно отмечалось, что Нацбанк «не ориентируется на фиксированный курс, но готов вмешиваться для сглаживания резких колебаний».
Bloomberg подчеркнул значение дебютного размещения суверенных еврооблигаций на сумму около $700 миллионов, назвав его «важным сигналом о возвращении Кыргызстана на глобальные рынки капитала».
В сумме публикации 2025 года сформировали сложный и неоднозначный образ Кыргызстана. Для мировых СМИ это страна быстрых экономических изменений и редких дипломатических успехов, но одновременно пример усиления управляемости и концентрации власти.
КР перестала быть «тихой» республикой Центральной Азии и все чаще воспринимается как индикатор процессов, которые могут определить будущее всего региона.