23:25
+24
USD 67.14
EUR 73.13
RUB 1.20
Общество

«Мои 24». Один день из жизни председателя Нацбанка Толкунбека Абдыгулова

Наша встреча состоялась 14 февраля. Отметим, журналист ИА «24.kg» оказался первым, кто попал в личный кабинет главы Нацбанка. Правда, хранилище с золотыми резервами нам не показали. Детская мечта нырнуть в золотишко, как дядюшка Скрудж, так и не осуществилась.

Новый банк

Утро главы Нацбанка начинается в 8.30 с чашечки кофе и решения текущих задач. В тот день они с советником обсуждали проект открытия в Кыргызстане коммерческого банка, который будет работать исключительно по исламским принципам финансирования. Акционеры — Национальный банк и Исламский банк развития (ИБР).

Толкунбек Абдыгулов объяснил, что регулятор не собирается отбирать хлеб у действующих коммерческих банков и лишать их клиентов.

Совместно с партнерами Национальный банк хочет создать альтернативный источник денег, работающий по иным принципам и стандартам.

«В этом проекте будут участвовать как минимум три организации. Национальный банк и Исламский банк развития станут акционерами коммерческого банка. Также в проекте будет так называемый якорный инвестор — банк или финансовая компания из арабских или других мусульманских стран, где есть опыт открытия и работы такого банка. Они будут операторами нового коммерческого банка. Ни Нацбанк, ни ИБР в органах управления представлены не будут», — рассказал Толкунбек Абдыгулов.

Целый день бумажки перебираем

Беседа о будущем банке оказалась более чем продолжительной и интересной. Проект для Кыргызстана нов и интересен. Толкунбек Абдыгулов предлагает задать интересующие вопросы советнику, потому что у него срочные дела. Председатель Нацбанка признался, что ему нужно разобрать почту. Сейчас на столе у него целая кипа бумаг. Они пришли накануне вечером, когда рабочий день уже завершился.

Я удивился, когда вы захотели посмотреть, как проходит мой день. Ничего интересного нет. Мы целый день занимаемся бумажной работой. Бюрократическая у нас работа.

Толкунбек Абдыгулов

Честно говоря, я в этот момент подумала, что это он от скромности. Как же я ошибалась! Такого бесконечного потока бумаг — и практически каждая с пометкой «срочно» или «очень срочно» — я давно не видела. Казалось, они вырастают из ниоткуда. Только отвернулся или вышел из кабинета на пару минут — и на столе вновь бумаги, бумаги, бумаги… Даже страшно становится, как бы не перепутать ничего. А глава НБ КР все внимательно читает, изучает, еще и отвечать на мои вопросы успевает.

Кроме того, главе Национального банка с утра необходимо ознакомиться с обзором новостей, включая информацию о ситуации на международных финансовых рынках, на внутреннем рынке.

А как же купание в золоте?

«И что, даже деньги и золото из резервов не пересчитываете? В золото, как Скрудж Макдак не ныряете?» — задаю банальные вопросы. Толкунбек Абдыгулов в ответ лишь заразительно смеется.

У нас в резервах только сомовая наличность. Иностранной валюты практически нет. Золото в хранилище есть. Но даже если бы я захотел пойти его пересчитать, то даже мне, председателю, никто бы не позволил этого сделать.

Толкунбек Абдыгулов

На мое удивленное «почему?» председатель объяснил, что это ценность, которая принадлежит не ему, а Кыргызской Республике. И хранилище, где находится золотая часть резервов, открывается только один раз в год и только в присутствии международных аудиторов. В этом случае производится пересчет.

Проникнуть в хранилище, где лежит золото, практически невозможно. Там сложная система, три ключа, которые хранятся у разных людей.

Мало кто из сотрудников Национального банка знает, где находится хранилище. Догадываются многие, но вот точное местонахождение известно единицам. И каждый из них давал подписку о неразглашении.

«Это заблуждение, что золото из резервов может вдруг куда-то деться. У Национального банка ничего нельзя «утащить». Например, вы. С того момента, как вы вошли здание, и до того, когда покинете его, каждый ваш шаг будет контролироваться. У нас же везде камеры», — рассказал Толкунбек Абдыгулов.

Заговоры и охрана

В тот день по плану у Национального банка была пресс-конференция по итогам работы в 2016 году. Проводить ее Толкунбек Абдыгулов будет вместе со своими заместителями — Нурбеком Женишем и Ладой Орозбаевой. Пока едем в машине, он признается, что сейчас мы нарушаем правила. Добираться к месту проведения пресс-конференции каждый из них должен был по отдельности.

«Почему? Можете вступить в заговор?» — тут же решаю я.

«Нет. Просто я являюсь председателем Нацбанка, а Нурбек Жениш — зампредседателя, отвечающим за денежно-кредитную политику. Если вдруг что-то случится… Это вопрос безопасности», — пояснил главный банкир страны.

По закону председателю Национального банка положена охрана. Однако Толкунбек Абдыгулов этой возможностью не пользуется. Более того, предпочитает периодически добираться в Жогорку Кенеш пешком, чтобы не стоять в пробках.

«А что вы удивляетесь? Я такой же человек, как и все. По воскресеньям делаю покупки в гипермаркете «Фрунзе». Хожу с детьми в кинотеатр, на утренники», — рассказал Толкунбек Абдыгулов.

Общение со СМИ

Уйти сразу после пресс-конференции не удается. Журналисты и глава Национального банка беседуют еще около получаса. Причем представители СМИ не только задают вопросы, но и высказывают свои претензии. Такое поведение — редкость в отношениях СМИ и центральных банков. Чаще всего главный банк страны — закрытая структура, общение которой со СМИ ограничивается сухими релизами.

«Вся финансовая система держится на доверии. Если его нет, то ничто не спасет. Люди перестанут класть деньги на депозиты, следовательно, будет меньше кредитов. Все будет накапливаться, как снежный ком. И здесь доверие к Центральному банку является основополагающим», — отметил Абдыгулов.

На сей раз камнем преткновения между журналистами и главой НБ КР стало утверждение знака сома. Представители СМИ пеняли главе Нацбанка на то, что символ утвердили закрыто, а результаты тендера объявили только через несколько месяцев.

«Я до сих пор не могу до конца понять, что за вопросы там появляются. Да, Национальный банк в прошлом году объявил тендер. Мы опубликовали два эскиза, которые были отобраны из всех представленных работ. Второй эскиз был близок к финальной версии. Вместо одной черточки там было две. Мы рассмотрели все работы и утвердили знак сома. Почему три месяца ничего об этом не говорили? Существуют стандартные процедуры. После принятия решения мы обратились в Кыргызпатент, в «Юникод». Мы выясняли, нужно ли регистрировать знак, как ввести его на клавиатуре. Как только все выяснилось, мы официально объявили об утверждении знака сома», — отметил Толкунбек Абдыгулов.

Также он добавил, что утверждение знака еще не означает, что он появится на клавиатуре. Чтобы это случилось, им должны начать пользоваться в стране.

Скоро будет представлен новый логотип Национального банка. Решение принято полтора года назад. Но нужно время для того, чтобы зарегистрировать его в Кыргызпатенте.

По дороге обратно обсуждаем отношения финансового регулятора и СМИ. Толкунбек Абдыгулов признается, что за последние полтора года стороны стали лучше понимать друг друга, а еще на пресс-конференциях стали все реже задавать вопрос, какой будет курс завтра.

«Но Национальный банк же все равно знает, какой будет курс?» — тут же спрашиваю я.

По правде сказать, в этой стране только два человека точно знают, какой будет курс. Называть их имена я, конечно, не буду.

Толкунбек Абдыгулов

В Нацбанке все учат кыргызский

По вторникам в Национальном банке традиционное совещание. Отчитываются руководители всех подразделений. Присутствовать прессе здесь нельзя. Озвучивается информация, которая находится под грифами «Для служебного пользования» и «Секретно». Примечательно, что заседание обязательно ведется на кыргызском языке. Это принципиальная позиция главы Нацбанка.

И еще одно обязательное требование: на совещании и при входе к главе Национального банка категорически запрещено использовать сотовые телефоны. Я оказалась в числе тех счастливчиков, для которых Толкунбек Абдыгулов сделал исключение.

После совещания глава Нацбанка вновь разбирает почту в своем кабинете. Всего за пару часов отсутствия набралось большое количество папок. Здесь письма, телефонограммы. Речь снова заходит об использовании государственного языка в делопроизводстве.

«Я сам не являюсь носителем языка, потому что учился в русской школе и университете. Но это не повод не знать государственный язык. В последние два года мы активно изучаем кыргызский и вводим его в делопроизводство. Например, сейчас все визы у нас ставятся только на государственном языке. Мы организовали специальные курсы для сотрудников. И это дает результаты», — рассказал Толкунбек Абдыгулов.

В самом начале мы установили требование, что заявления о приеме на работу или увольнении нужно писать только на кыргызском. Потом уже надо было на государственном языке писать и заявление на отпуск. Мы идем небольшими шагами к цели полностью перейти на государственный язык в работе.

Глава НБ КР.

Без парламента никуда

Абдыгулов шутит, что сегодня посетителей в его кабинете немного. Все знают, что у него журналисты, и не рискуют заходить с вопросами.

Однако один смельчак все же нашелся. Это представитель главного регулятора страны в парламенте. Сегодня заседание комитета по экономической и фискальной политике. На повестке дня есть и вопросы, касающиеся Нацбанка.

На часах уже половина первого — время обеда. Толкунбек Абдыгулов проводит это время дома. Председателю Нацбанка звонит жена с простой просьбой — купить хлеба.

К двум часам мы встречаемся в Жогорку Кенеше на заседании комитета по экономической и фискальной политике.

Время почитать книги можно найти

После парламента возвращаемся в Национальный банк. Там в кабинете Толкунбека Абдыгулова снова ждут бумаги. Пока едем в пробках, вспоминаю, что на заседании комитета председатель Нацбанка что-то читал. Он признается, что чаще всего читает книги в электронном формате — так удобнее. А еще Толкунбек Абдыгулов любит выделять отдельные цитаты и сохранять их для себя.

В кабинете у него тоже внушительная библиотека. Некоторые книги он хранит еще со студенческой скамьи. Что-то подарено авторами или иностранными делегациями.

Время уже 18.00. А Толкунбек Абдыгулов и не собирается домой. У него еще много работы и целая кипа бумаг, которые нужно внимательно изучить. А еще сотрудники ждут, когда же наконец закончится визит журналиста. У них тоже много вопросов к председателю.

«Во сколько заканчивается рабочий день председателя Нацбанка?» — спрашиваю на прощание.

«Часов в 8–9 вечера. Я часто остаюсь на работе после окончания рабочего дня. Есть время внимательно прочитать объемную корреспонденцию, посмотреть последние новости», — признается он.

Я вышла из здания Национального банка ближе к 19.00. В кабинете Толкунбека Абдыгулова еще горит свет. Рабочий день главного банкира страны закончится не раньше чем через 2–3 часа.

Популярные новости
Бизнес