12:00, 15 мая 2026, Бишкек - 24.kg , Турдубек АЙГЫРОВ, Максим ПОЛЕТАЕВ
Блогер-миллионник, предприниматель и основатель Suiu Beauty Мээрим Толепберген, известная как Мээриша, сегодня одна из самых обсуждаемых женщин кыргызского интернета. Ее одновременно любят и критикуют, называют символом новой волны кыргызстанских инфлюенсеров и обвиняют в «слишком громкой позиции».
— Второй сезон Suiu Beauty Fest уже объявили. После первого фестиваля вас много хвалили, но и от критиков досталось. Какие выводы сделали?
— Самое главное, что я поняла: как бы ты ни старался, всегда будут люди, которым что-то не понравится. Если говорить честно, серьезных ошибок у нас было немного. Основной негатив возник из-за одного артиста, который опоздал. Он приехал после 22.00, а у нас закон о тишине и договоренности с площадкой. Мы физически не могли выпустить его на сцену. Конечно, часть людей пришла именно ради него, вот и расстроились. Возможно, мне стоило еще больше контролировать такие моменты, но это человеческий фактор.
— Сам фестиваль многие называли «территорией безопасности для женщин». Это было вашей целью?
— Абсолютно. Я, как женщина, часто чувствовала себя некомфортно на мероприятиях. Где-то агрессивная атмосфера, где-то нет ощущения безопасности. Мне хотелось создать пространство, куда женщина может прийти спокойно — с детьми, подругами, ярко одеться, не бояться осуждения. Мы даже сделали большую детскую зону, где мамы могли оставить ребенка на два часа и просто отдохнуть. Для меня это важно как для мамы троих детей.
— При этом многие задаются вопросом: «Зачем это вам?» Вы успешный блогер, предприниматель. Почему не ограничиться рекламой и соцсетями?
— Потому что я люблю наших женщин. Правда. Мне хочется, чтобы они уделяли себе внимание, чувствовали себя красивыми, нужными, свободными. Забота о себе — это ведь не просто масочка или косметика. Это о внутреннем состоянии, о ментальном здоровье. Suiu Beauty Fest вырос из моего желания создать женское комьюнити, где поддерживают друг друга, а не осуждают.
— Вы рассказывали, что фестиваль в прошлом году ушел в огромный минус.
— Да, мы ушли примерно в минус на 4 миллиона сомов. Это осознанное решение. Мы понимали, что первое мероприятие всегда требует больших вложений. Нам пришлось усиливать технику, увеличивать охрану, число волонтеров. Мы раздавали бесплатные шоперы, сэмплы, делали комфортные зоны. Для нас было важно, чтобы человек почувствовал праздник, а не просто пришел что-то купить.
— При этом вы хотели привезти Диму Билана...
— Да, это правда. Мы вели переговоры с января. Но только гонорар артиста и часть райдера стоили около 150 тысяч евро. Плюс отдельная техника, оборудование, которого в Кыргызстане нет. Мы поняли, что пока не готовы к такому бюджету. Но, я надеюсь, через несколько лет наш фестиваль станет настолько сильным, что мы сможем приглашать артистов такого уровня.
— Вас очень часто критикуют, причем не только мужчины, но и женщины. Вы сами понимаете почему?
— Если честно, до конца нет. Возможно, это какие-то старые паттерны, мизогиния, воспитание общества. Но меня это уже не ломает. Я не идеальная женщина. Не идеальная мама, не идеальная жена, не идеальная невестка. Я просто живой человек, который проходит свой путь и честно об этом говорит. Возможно, именно это кого-то раздражает.
— После развода вам до сих пор пишут: «Она стала популярной благодаря Мирбеку Атабекову».
— Я не вижу в этом ничего оскорбительного или унизительного. Да, конечно, мое имя очень сильно ассоциируется с Мирбеком Атабековым, и это нормально. Мы прожили вместе 10 лет, у нас трое детей, огромная часть моей жизни связана с этим человеком. И я никогда не пыталась стереть этот период или сделать вид, будто его не было. Наоборот, я считаю, что это было очень важное и красивое время.
— То есть вас не задевает, когда говорят, что популярность пришла через него?
— Нет. Потому что Мирбек — действительно большой артист. Это человек, которого, как я говорю, поцеловал Бог. Он пишет песни, которые люди слушают годами. И я прекрасно понимаю, что, когда мы были вместе, люди воспринимали нас как сильный тандем. Это было взаимное усиление друг друга. Его аудитория узнавала меня, моя аудитория узнавала его еще ближе. И в этом нет ничего постыдного.
— После развода удалось сохранить нормальные отношения?
— Мы очень стараемся. У нас трое детей, и, как бы мы ни хотели, мы не можем просто вычеркнуть друг друга из жизни. Уже три года мы учимся строить экологичные отношения после развода. Это непросто, но, я считаю, взрослые люди должны уметь договариваться ради детей.
— У вас не было желания после развода дистанцироваться от этой истории и строить полностью отдельный образ?
— Нет. Мне не близка позиция, когда после расставания люди начинают обесценивать друг друга и говорить: «Это я тебя сделал популярным» или «Ты без меня никто». Я никогда такого не скажу о Мирбеке. Все, что происходило в нашем браке, — творчество, проекты, поддержка, концерты, — было настоящее. Мы оба вкладывались в это. И я этим периодом горжусь.
— Возможно ли когда-нибудь снова увидеть вас вместе?
— Для этого, наверное, и Мирбек, и Мээрим должны очень сильно повзрослеть.
— Это моя страна. Я люблю Бишкек, наши горы, наш менталитет, наши традиции. Да, мои дети родились в Америке, и я хотела дать им возможности — путешествовать, учиться. Но это не отменяет того, что они кыргызы. Патриотизм не измеряется паспортом.