15:00, 28 февраля 2026, Бишкек - 24.kg , Анвар АБДУЛЛАЕВ
Авина Абытаева — эксперт по международному аудиту и уроженка Кыргызстана. В своей новой книге Auditing the Remittance Lifeline («Аудит устойчивости денежных переводов») она объясняет: деньги, которые наши соотечественники отправляют домой, — это не просто финансовый поток, а настоящий «спасательный круг» для экономики страны.
Сегодня, когда санкции и внешние ограничения создают барьеры, работа Авины становится особенно важной. Автор на конкретных примерах показывает, как сделать систему переводов надежной, чтобы деньги доходили до адресатов вовремя и без потерь, несмотря на любые мировые кризисы. Основываясь на своем многолетнем опыте, Авина предлагает решения, которые помогут защитить благополучие тысяч кыргызстанских семей.
— Авина, как бы вы представили себя читателю, который впервые слышит ваше имя? В чем ваша профессиональная специализация?
— Я работаю на пересечении аудита, управления рисками и надежности финансовых процессов. Моя специализация заключается в том, чтобы переводить сложные системы на язык проверяемых вопросов: где находятся зависимости, какие решения принимаются в исключениях, чем подтверждается устойчивость и какие показатели действительно отражают качество работы системы. Я привыкла оценивать не «как должно быть», а «как это работает на практике» и опираться на доказательства. Именно поэтому мне близки темы, где формальная корректность не равна реальной устойчивости.
— Почему именно трансграничные переводы частных лиц стали вашей зоной экспертизы?
— Потому что это один из самых показательных примеров того, как финансовая услуга становится социальной и экономической опорой. Для многих домохозяйств такие переводы не эпизодичны, а регулярны и ожидаемы.
Когда услуга становится массовой, она перестает быть «просто продуктом» и начинает вести себя как инфраструктура.
Мне было важно посмотреть на это профессионально: что обеспечивает надежность, что разрушает доверие, где система уязвима при внешних ограничениях и как это можно измерять. Я рассматриваю эту тему как экспертную область, потому что здесь сходятся риски, технология, регуляторные требования и человеческое поведение.
— Что подтолкнуло вас сформулировать подход «это инфраструктура, а не просто финансовый поток»?
— В какой-то момент мне стало очевидно, что в ряде стран трансграничные переводы частных лиц фактически работают как базовый платежный сервис: они регулярны, масштабны и ожидаемы. В таких условиях это уже не «дополнительная опция», а функциональная инфраструктура, от надежности которой зависят повседневные финансовые решения домохозяйств.
Инфраструктурой это становится тогда, когда люди перестают воспринимать перевод как событие и начинают воспринимать его как гарантированный элемент своей финансовой реальности.
Авина Абытаева
Как аудитор я смотрю на это через требования к устойчивости. Если услуга инфраструктурная по своей роли, у нее должны быть минимальные стандарты надежности, и их можно сформулировать практично:
И еще один важный момент: если сбой вызывает цепную реакцию на уровне домохозяйств и доверия к формальным каналам, это перестает быть частным неудобством и становится системным риском. Поэтому инфраструктурная оптика помогает обсуждать эту тему профессионально, на языке критериев устойчивости, а не общих оценок.
— В вашей экспертной логике, где чаще всего скрываются реальные уязвимости: в технологии, в процессах или в управлении?
— Я начинаю с цепочки услуги и ее зависимостей, потому что именно там формируется реальный риск. Затем я смотрю, как правила и технологии работают в реальных исключениях, а не в идеальной модели. И только после этого я оцениваю, как система влияет на поведение пользователей, потому что массовое переключение на альтернативные способы часто является следствием непрозрачности и непредсказуемости. Такой порядок важен: он позволяет не спорить абстрактно, а последовательно показать, где находится причина проблемы и что именно нужно изменить.
— Какие направления вы считаете обязательными, если оценивать такие переводы как критически важную услугу?
— Я бы выделила несколько направлений, без которых профессиональная оценка неполна. В первую очередь важно проверить следующее:
— Почему вы так настойчиво связываете устойчивость с прозрачностью и понятностью для людей?
— Потому что устойчивость проявляется не в отчете, а в опыте пользователя. Если человек не понимает, почему изменились условия, как сформировалась итоговая сумма, сколько заняла конвертация или почему операция задержалась, это разрушает предсказуемость. А предсказуемость является основой доверия. Когда доверие падает, система получает вторичный риск: пользователи начинают искать альтернативы, которые менее прозрачны и хуже контролируются. Поэтому прозрачность для меня — это не «качество сервиса», а практический элемент устойчивости и управляемости рисков.
— Как вы бы сформулировали свою экспертную позицию в одном четком выводе?
— Моя позиция состоит в том, что трансграничные переводы частных лиц в ряде стран следует оценивать как критическую инфраструктуру, а значит измерять их устойчивость и надежность доказательно. Это требует перехода от обсуждения объемов к проверке реальной работоспособности: где зависимости, как принимаются решения при ограничениях, как система восстанавливается и насколько понятны правила для людей. В условиях санкционного давления это становится не теорией, а прикладной задачей. И чем раньше эту логику примут участники системы, тем меньше будет непредсказуемости для домохозяйств и тем выше будет доверие к формальным каналам.