16:49
USD 89.41
EUR 96.91
RUB 0.97

Алмазбек Исманкулов о частной медицине и феномене Бейшеналиева

Профессор Алмазбек Исманкулов — глава Госпиталя микрохирургии глаза, больше двух месяцев находящегося в осаде чиновников, в интервью 24.kg рассказал о причинах противостояния с главой Минздрава Алымкадыром Бейшеналиевым, о том, как зарождалась в Кыргызстане частная медицина, и ошибках, которые сегодня допускает государство.

предоставлено собеседником редакции
Фото предоставлено собеседником редакции. Профессор Алмазбек Исманкулов

— Ваш путь в медицину. С чего он начинался?

— Я вполне мог стать музыкантом. Еще со школы очень серьезно увлекаюсь гитарой. В то время учился у сильнейших преподавателей. Но класса гитары в консерватории в те годы не было. Когда я окончил школу, встал вопрос получения высшего образования. Поступил в Мединститут, хотя врачей в нашей семье не было. Учился активно и старательно. Получил красный диплом.

После была учеба и работа в Москве — в институте легендарного офтальмолога, глазного хирурга Святослава Федорова. Попасть к нему было мечтой, и мечтой сложной. Понадобилось шесть лет труда, прежде чем я смог поступить к нему на аспирантуру. Попал в отделение патологии оперированного глаза. Если где-то в СССР делали неудачные операции, все эти люди поступали к нам. Для меня это стало сильнейшей школой. Невероятное количество сложнейших операций. Этот опыт помогает мне и сегодня.

— Вы много путешествовали, учились и работали не только в России, но и Европе, США. Была возможность остаться где угодно, но в начале 1990-х, в самое тяжелое время, приняли решение вернуться в Кыргызстан. Почему?

— В чужой стране ты все равно останешься на вторых ролях. А мне хотелось творчества — собрать коллектив, открыть свою клинику. Понимал, что нигде, кроме Кыргызстана, сделать это не получится. И, конечно же, забота о родителях. Я поздний ребенок. Общение с ними для меня всегда было важным. Я не мог себе даже представить, что уеду куда-то насовсем и годами не буду их видеть.

— Как начиналась история Госпиталя микрохирургии глаза?

— Изначально мы арендовали офис на пересечении улиц Абдрахманова и Токтогула. Принимали и лечили пациентов там. В один из дней к нам пришел невысокий пожилой мужчина. По тому, как он вошел, было понятно — начальник. Как оказалось, это был руководитель городской санэпидстанции — Виктор Савченко. Он осмотрелся и сказал: «Нет, ребята, так не пойдет. Условия не те». Мы пожали плечами: «А что делать, надо же где-то работать». Савченко повез меня в Городскую клиническую больницу № 6. Показал пустующий корпус — сам договорился с главврачом об аренде.

Мы взяли заброшенный корпус, сделали в нем ремонт, вложили огромные по тем временам деньги. Это был прекрасный пример государственно-частного партнерства.

Алмазбек Исманкулов

Со временем арендуемое здание перешло в ведение мэрии. Заключили договор с муниципалитетом. Брали кредиты на развитие. Для меня Савченко до сих пор пример настоящего государственника, думающего о развитии страны.

— К слову, о кредитах. Алымкадыр Бейшеналиев не раз выступал с обвинениями в ваш адрес по южнокорейскому кредиту. Говорит, что вы нанесли ущерб государству.

— Это история 1997 года, которую Бейшеналиев пытается обыграть так, чтобы облить меня грязью. Кредит был признан правительством частным. Это частные коммерческие взаимоотношения, по которым приняты судебные решения и которые не касаются государства, Минздрава и его нынешнего руководителя. Там нет ни бюджетных денег, ни тем более ущерба государству.

Те, кто прошел школу 1990-х, создавали свое дело с нуля, знают, насколько это сложно — брать кредиты. Бейшеналиев прежде не руководил даже районной больницей. Отсюда и причины его непонимания. В конце концов, если у него есть какие-то доказательства нарушения мной законов, почему бы ему не передать их в правоохранительные органы?

— Госпиталь микрохирургии глаза — один из самых известных медицинских брендов в Кыргызстане. Сколько пациентов вы приняли за 25 лет работы?

— Около 170 тысяч людей получили помощь в нашей клинике за эти годы. Офтальмология социальна. Она затрагивает не только пациента, но и его окружение, потому что с выздоровлением меняется не только качество жизни пациента, но и его близких. Если учесть, что в семье каждого, кто обращался к нам, от трех до пяти человек, то выходит, что с нашей клиникой, так или иначе, соприкоснулись порядка 600 тысяч человек.

— Какой случай из практики вам запомнился больше всего.

— Парень 16 лет. Душевнобольной и ослепший. Требовалась операция. А как ее сделать? Он же во время процедуры может повести себя неадекватно. Слушался только старшего брата. Я попросил его присутствовать на операции, держать мальчишку за руку, успокаивать. Все прошло удачно. Спустя время брат парня пришел, чтобы выразить благодарность. Он рассказал, что эта операция изменила жизнь всей их семьи. Мальчишка начал видеть мир вокруг себя, контактировать с психиатрами, социализироваться. В конечно итоге стал адекватным. Его пожилая мама сказала: «Теперь я могу умереть со спокойным сердцем»... Такое не забудешь.

— Мэрия расторгла договор аренды с вами в одностороннем порядке. Как думаете, почему?

— У самой мэрии к нам претензий нет. Претензии есть у того, кто хочет всеми правдами и неправдами закрыть Госпиталь микрохирургии глаза. Алымкадыр Бейшеналиев стоит на странной позиции — все, что в стране медицинское, — все его. А ведомственные больницы тоже его? Ну пусть попробует тогда отнять здание у поликлиники МВД или ГКНБ... Он не понимает, что есть государственное имущество, есть муниципальное. Не знает, как выглядит государственно-частное партнерство. Нет у человека знаний, в том числе и законов.

Что интересно, это на недавней пресс-конференции подтвердил и юрист Минздрава, признав, что действия министерства по отношению к Госпиталю микрохирургии глаза были незаконными. Бейшеналиев ему это припомнил и уволил.

Или другой пример, ситуация с частными мединститутами. Глава Минздрава заявлял, что закроет их, не зная, что таких полномочий у него нет. Это прерогатива Министерства образования.

— Сколько бюджет города за эти годы получил средств от аренды госпиталя?

— Больше, чем стоит само здание — около $1 миллиона. За $500-700 тысяч можно построить новый корпус. Выходит, что за четверть века сдача в аренду этого здания полностью его окупила. Это ли не выгода для города.

— Глава Минздрава не раз приезжал в госпиталь, чтобы закрыть его. Один раз даже ночью. Складывается ощущение, что для него это какая-то очень личная история... Вы были знакомы с ним прежде?

— Никогда прежде мы не были знакомы. У нас много выдающихся врачей, хирургов, но о Бейшеналиеве я не слышал ровным счетом ничего, пока его не назначили министром. Полагаю, что им движет банальная зависть. Мужчина уже немолодой, долгое время бывший в тени. Он хочет, скорее, прославиться, хочет свою клинику или какого-то признания. Желания нормальные. Подход странный.

Поймите, для меня эта ситуация — не борьба двух людей. Это борьба с дефектами системы. Алымкадыр Бейшеналиев не плохой и не хороший, он просто не на своем месте.

Ну не может министр — представитель власти — говорить, что правовое государство для него пустой звук, оскорблять судей, делать, что вздумается.

Алмазбек Исманкулов

Рано или поздно он уйдет с поста министра, и мы с ним даже не вспомним друг о друге. Но сам феномен «бейшеналиевщины» в Кыргызстане нужно искоренять. Если завтра себя так начнут вести учителя, врачи в больницах, другие министры, во что превратится страна?

— Уже 2,5 месяца вы находитесь в осадном положении. Вам заваривают ворота, блокируют входы. Сложно работать в таких условиях?

— За все это время мы ни на один день не останавливали работу. Я очень ценю наш коллектив и дорожу им. Решением проблем занимался офис, четыре человека. Остальные продолжали и продолжают лечить людей. Для нас здоровье наших пациентов важнее всей этой ситуации. Мы же несем ответственность перед ними. Есть люди с низким зрением, если прекратить их лечение, то они станут инвалидами. Это недопустимо.

— Руководить клиникой, быть практикующим хирургом, еще и успевать отбиваться от нападок. Что вас вдохновляет?

— Наши пациенты. Невероятные чувства, когда человек, которому поставили страшный диагноз, исцеляется. Недавно прооперировал женщину. У нее не работают почки — получает гемодиализ 14 лет. Из-за катаракты лишилась зрения. Все отговаривали: «Не берись, ты что — это такой риск!». А как не взяться? Прооперировал. Восстановил ей зрение на 90 процентов. Вернул человеку счастье видеть. В чем искать вдохновение и смысл, если не в этом.

— У частной медицины в Кыргызстане есть будущее?

— В стране большое количество частных клиник, лабораторий, кабинетов, аптек. Все это — внутренние инвесторы. Никто извне не придет и не сделает нашу жизнь лучше. Если сегодня начать «охоту на ведьм», закрыть всех неугодных — государству лучше не станет и государственной медицине тоже. Нужно учиться работать сообща, слышать друг друга и понимать. Те же частные медицинские институты и колледжи. У них нет своей базы? Так у государства есть больницы. Дайте им эту базу за оплату. Если завтра, не дай бог, повторится «черный» июль, вы уже не будете думать, как и кем забивать дыры в системе здравоохранения.

— Какие планы у вас и вашей клиники?

— Мы продолжаем лечить людей, развиваться, становиться лучше. В этом и есть настоящее удовольствие. Санэпидстанция недавно приходила с проверкой — отметили наш высокий уровень. Приобрели современный аппарат Triton от фирмы Topcon — единственный в Кыргызстане. Он позволяет диагностировать болезнь на самом раннем ее этапе. Прогнозировать — какие проблемы со зрением будут у человека в будущем, избавлять от них еще в зародыше. Техника с невероятным потенциалом, способная решать всевозможные задачи. Планируем очередную отправку наших врачей на повышение квалификации — они наша главная ценность. Планов много. Держим марку, несмотря ни на что.

Популярные новости
Бизнес