«27 га» безнадеги

Смотреть спектакли можно не только в концертном зале или театре. На днях довелось это сделать просто-таки в катафалке, сидя рядом с импровизированным усопшим.

«27 га». Из столь загадочного названия перформанса без каких-либо намеков трудно сделать предположения, о чем же будет спектакль. Спокойствие. Под мешковиной на носилках, конечно, никакого трупа нет, там уложено молодое деревце. Каждому зрителю ритуального транспорта представили сценарий, но смысл предстоящего от этого понятнее не стал. Едем в соответствующей моменту тишине, неожиданно девушка заунывно запела на кыргызском языке «кошок» - ритуальную песню. Перевод ее читаю в сценарии. Всхлипывая, актеры довольно естественно причитают от горя, уткнувшись в плечо соседа. То плач, то кошок, то комуз... И так все 40 минут пути. Выехали из города, свернули с дороги - и перед нами открылись просторы - те самые загадочные 27 гектаров... свалки. По правую сторону от дороги - мусорный полигон, по левую - густо населенная новостройка.

Хорошо, что медицинские маски раздали, находиться рядом просто невыносимо, но организаторы задумали еще большую интригу. Идем в самый центр свалки, а там уже копают яму. Но хоронить здесь никого не собираются, напротив, мы намерены посадить молодое деревце, которое можно назвать символом жизни в столь обреченном месте.

Первые мои чувства от происходящего довольно противоречивы. Хотелось задавать вопросы, уточнять, проникать вглубь замысла, но по ходу спектакля сделать это оказалось невозможным, даже на телефонный звонок ответить было неуместно: похоронная процессия была словно настоящая, все идущие - сочувствующие, оплакивающие. И только когда действие завершилось, и конец спектакля оказался весьма жизнеутверждающим, мне удалось все расставить по местам.

«Перформанс организован группой «705», это целый коллектив, который решил, что свалка - это особое место, требующее к себе повышенного внимания. Мы привели зрителей сюда и вовлекли в само действо, сделав их отчасти участниками, чтобы они могли прочувствовать, ощутить все сами. Одно дело посмотреть с экрана, другое - почувствовать этот запах, увидеть это пространство, заваленное отходами, убивающими землю, людей, работающих здесь», - рассказывает Марат Алымкулов, участник творческой группы «705».

«Спектакль - экспериментальный, мы хотели провести его в стилистике ритуальных услуг, организовав похороны. Мы написали «кошок», на смысл которого повлияла сущность места. Ассоциации пришли от того, что некие вещи, имевшие ценность, сюда отправляют «в последний путь», а еще на мысли навели истории из жизни людей, которые здесь работают и живут, кто умер здесь по стечению жизненных обстоятельств или в результате криминала, было и такое. Концепт похорон удобен, ведь в конце все, как правило, собираются в одном месте, чтобы помянуть, обсуждают причины и следствия. Вот и мы сейчас все вместе говорим о проблемах, сконцентрированных в этом месте, рассуждаем, почему сложилась такая ситуация, как и какое найти решение. Но мы не захоронили или сожгли дерево, как планировали изначально, а посадили, тем самым оставив вопрос: что дальше - изменится ли здесь что-то, у этих людей, у этого места? Ассоциаций много, надеемся, что каждый найдет свое понимание», - так он постарался объяснить суть перформанса.

Организаторы, увидев, что присутствующие немного подустали от действа и солнцепека, предложили им перекусить. Признаться честно, пусть нос немного и адаптировался к запаху, глаз привык к пейзажу, а назойливость мух стала меньше ощущаться, есть в такой обстановке все равно не хотелось. Зато разговоры шли в нужном русле. 

Дамир Жуматанов, главный специалист отдела благоустройства управления ЖКХ мэрии, отвечал на конкретные вопросы по поводу свалки и будущего проекта по переработке мусора в столице.

«Мэрией совместно с Европейским банком реконструкции и развития разработана целая программа, которая предусматривает преобразование этой территории и предполагает совершенно иной подход к переработке мусора. Ожидается, что ее одобрят в ближайшее время, а на реализацию потребуется около четырех лет. Данная свалка будет совершенно безопасной после рекультивации отходов по международной технологии, со временем она перестанет быть вредной, а на поверхности земли будет разбита парковая зона. Чуть ниже этого места будет расположен санитарный полигон. Создание перерабатывающего завода как такового не планируется, предполагается переработка пищевых отходов и сортировка мусора. Таким образом, все, что можно, будет отправлено на вторсырье. Будут закуплены новые пластиковые контейнеры для раздельного сбора мусора: для стекла, жести, пластика, пищевых отходов. Сделать это уже сегодня, чтобы люди сортировали мусор и выбрасывали в эти емкости, не имеет смысла. Предприятие «Тазалык» физически не сможет его вывозить. В наличии нет достаточно спецтехники и людей. Машина приедет и снова все свалит в один кузов. В каждое место нужно отправлять четыре отдельных мусоровоза для четырех типов отходов», - сказал он.

Кроме того, специалист пояснил, что существует стандарт: свалку нельзя устраивать ближе чем в полукилометре от жилья. У нас же жилые дома стоят аккурат через дорогу. В том-то и парадокс ситуации: она здесь появилась раньше, чем нелегальные застройки. Люди сознательно поселились рядом, не испугавшись ни инфекций, ни токсичности, ни запаха, зато неподалеку от столицы. И они с опаской ожидают реакции от этой социальной огласки - как бы ни лишиться своих, с позволения сказать, «домов» в результате повышенного внимания к месту.

За многие годы существования свалки появились люди, которых она кормит. Они сортируют мусор, находя в нем пластиковые бутылки, коробки, металл, за что можно выручить кое-какие деньги. Иные даже там и живут.

Салтанат Бегалиева, консультант ЕБРР, который спонсирует проект, рассказала: «Около сотни таких работников приходят сюда каждый день, остальные - «приходящие-уходящие». Например, есть люди, которые работают только зимой, когда на стройке мертвый сезон. Те, кто постоянно работает на свалке, чаще всего там и живут. На время летних каникул из сел приезжают их дети, которые помогают родителям сортировать мусор. Помимо решения проблем, связанных с пагубным влиянием самой свалки, в рамках проекта планируется помочь этим людям. У многих нет документов, есть проблемы со здоровьем, в некоторых семьях есть инвалиды и прочее. Все новостройки, которые появились здесь после революций 2005 и 2010 годов, такие как «Ак-Бата», «Алтын-Казына» и другие, существует нелегально. У многих жителей этих жилмассивов есть дома в регионах, и, возможно, мигрантам можно помочь наладить свой бизнес там, откуда они родом».

Однако надо сказать, что раздельный сбор мусора, который является альтернативой нынешнему схоластическому, дело непростое. Ему еще научиться надо. Это результат привычки, результат воспитания, результат внутренней культуры человека. Вырабатывать такую привычку приходится годами, с детства не лениться его сортировать. Но, пройдя по городу, понимаешь: до этого уровня еще далеко, нам надо хотя бы научиться сор бросать не под ноги, а в урну...