Последняя пристань?

Время от времени в Кыргызстане звучат призывы закрыть некоторые социальные учреждения, в числе которых дома-интернаты для детей и душевнобольных. Сторонники такого решения отмечают нечеловеческие условия обитания лиц этих категорий и призывают государство рациональнее расходовать средства. Во вторник вице-премьер-министр Кыргызстана по социальным вопросам Гульнара Асымбекова посетила социальные учреждения Чуйского района, дабы воочию узреть культуру жизни уязвимых слоев населения и разобраться, нужны ли в этой отрасли реформы.

Первым на карте посещений стал Токмакский психоневрологический дом-интернат №1, расположенный в селе Искре.

- Как вас зовут? - приветствовал ее скромный юноша в зеленой футболке, едва та выбралась из джипа.

- Гульнара, - по-доброму ответила вице-премьер.

- А меня Алмаз! Знаете, вы похожи на мою маму! - признался тот.

Так и познакомились. Гости, в числе которых также была заместитель министра социального развития КР Гульнара Дербишева, прошли в многоэтажный коттедж. Издалека его легко можно принять за какой-нибудь иссык-кульский пансионат. Однако условия для жизни здесь не самые лучшие.

Внутри стоит затхлый запах советской эпохи. В одной палате по 5-6 коек, 1-2 тумбочки и все.

В комнате отдыха около 20 мужчин смотрят по телевизору новости и интересуются у прибывших журналистов, когда можно будет увидеть сюжет о себе.

- Хорошо кормят? - спросила Гульнара Асымбекова.

- Хорошо, - скромно ответил один пациент.

- А будут еще лучше, - заверила она. - Как жизнь?

- Работаем на хоздворе.

- Много?

- Да.

- Тогда буду говорить с главным врачом, ведь трудиться больше двух часов в день вам не положено! - сказала Гульнара Асымбекова. - А почему не гуляете?

- Зрение плохое. И окулиста нет, чтобы посмотрел.

В одной из комнат на стенах развешаны фотографии пациентов, а рядом - их яркие рисунки: семья, пасущиеся на воле кони, пейзажи. В центре комнаты расселись парни за столом и собирают головоломку-пазл. Рядом мужчина хлопочет у швейной машинки.

Между делом сотрудники дома-интерната рассказали гостям о делах насущных.

- В нашем учреждении 267 пациентов - от молодых парней до стариков. Столкнулись с проблемой, как прокормить одного человека на 55 сомов в сутки. Благо, спонсоры помогают.

Интерьер столовой сильно смахивает на внутренне убранство заброшенных чернобыльских зданий. На голом каменном полу установлены столики, и больше ничего нет. Оказалось, в помещении еще не закончен ремонт. Не так давно здесь поставили пластиковые окна, теперь надо провести отопление. Впрочем, проблема тепла касается всего дома-интерната. Администрация надеется управиться к осени, хотя денег не хватает. И это при том, что в год на содержание учреждения выделяется около 23 миллионов сомов.

В здешней парикмахерской работает один из пациентов. Обитатели и персонал учреждения не нарадуются: очень добрый мужчина.

- Пусть и другие работают - в столовой, в саду, чтобы получать какие-то деньги и быть занятыми, - высказала пожелание Гульнара Асымбекова.

Затем мы отправились в психоневрологический дом-интернат №2, расположенный на западной окраине города Токмака. Здесь живут 208 человек - мужчины и женщины.

Один корпус после капитального ремонта, и выглядит он как новый. Другие корпуса похуже, но вполне приличные. В комнатах светло, прохладно. Кое-где даже есть телевизоры.

- Что вы только хорошее снимаете? - одернула меня какая-то сотрудница. - Айда, я покажу вам нашу прачечную! Вы посмотрите, она же рушится на глазах. Отопления нет, и современные стиральные машины-автоматы ржавеют из-за протекающей крыши. Сколько просим сделать ремонт - все бесполезно. Уже кирпичи на голову падают. Вы сделали фото?

- Сделал.

- Ой, хорошо. Может, теперь хоть кто-то откликнется, какие-то спонсоры.

В этом учреждении, как показалось, контингент пациентов сложнее, чем в предыдущем. Охватило чувство отчаяния, когда, проходя по аллее, увидел под деревом запертую на замок беседку. В ней сидели несколько беспокойных пациентов. Девушка лет 25, рыдая, тянула к нам руки. Ее сосед по клетке на хорошем английском просил у нас закурить. Всего одну сигаретку! Решил, что мы иностранцы. Видать, заморские гости здесь не редкость.

Медсестры успокаивают возбужденных пациентов. А вот одна работница купает своего взрослого подопечного. Зарплата медсестер здесь составляет 6 тысяч сомов в месяц, хотя за сложность работы им, как верно заметил кто-то из гостей, следовало бы увеличить.

Набравшись впечатлений, Гульнара Асымбекова дала интервью журналистам.

- В советское время больных детей изолировали от общества, будто их нет. Нам надо эту систему исправлять. Нужно поощрять и сотрудников, которые здесь работают. Они несут не только физическую, но и моральную нагрузку. При этом на 240 пациентов приходится 140 работников. Можно оптимизировать их труд, и за счет сокращения части сотрудников увеличить зарплату оставшимся.

- Одна из наших реформ предполагает закрытие крупных интернатов, - отметила Гульнара Асымбекова. - Но дети-инвалиды - это особая группа, вне реформ. Нужно облагораживать их существование. На одного жильца предполагается около 10 тысяч сомов в год, но все деньги уходят на содержание здания. Была мысль выплачивать деньги семьям, чтобы те сами ухаживали за больными родственниками, а интернаты закрыть. Но теперь мы видим, что большинство этих людей отказные. А в тех семьях, где от детей не отказывались, уделить им достаточно внимания все равно не смогут. Теперь нужно понять, как же улучшить их жизнь. Правительство одно не в состоянии это сделать, будем привлекать общество, международные организации, и, думаю, они нас поддержат.