Кубатбек Байболов. Еще раз о возможности мирного развития «революционных» событий
Недавно на сайте ИА «24.kg» известный политик Кубатбек Байболов опубликовал свою статью «Про авторитаризм в овечьей шкуре демократии (в поисках выхода из сложившейся ситуации)». Она вызвала интерес в широких кругах. Сегодня автор отвечает на вопросы, которые в основном касаются предлагаемого им введения института учредительного собрания (УС).
«Я ранее опубликовал свой взгляд на наиболее необходимые и важные стороны переустройства системы управления государством. Изначально это была объемная журнальная статья, и мне, естественно, хотелось, чтобы читатель мог ознакомиться с ней полностью. Но, к сожалению, СМИ были согласны опубликовать ее только в сокращенном виде. Отсюда у многих, кто прочитал статью, возникли вопросы. Главным образом они касаются предлагаемого мною учредительного собрания - кто и как должен его создавать, каковы механизмы...
Высказываются разные мнения. Благодарен всем, кто проявил интерес к тому, о чем рассуждаю. Прежде чем приступать к теме данной статьи, думаю, будет полезным совершить краткий экскурс в историю. В чем же состояла суть, главное направление, содержание протестного движения в новейшей истории КР?
Итак, мы протестовали против Акаева, Бакиева. Главным образом - против их семейного правления. Но этот лозунг долгое время не мог стать мобилизующим, он не охватывал большие слои населения, пока господа правители свои семьи не возвели в ранг государственных уполномоченных. Удивительно то, что даже это не стало побудительным фактором для начала активной фазы протестов. Только когда смутное недовольство населения было сильно обогащено региональными чувствами обделенности, отстраненности их от власти, несметных материальных и иных ценностей, сильное давление, эксплуатация низменных заинтересованностей определенных слоев, перевороты приобрели реальные очертания. Дело оставалось за малым - за мобилизацией непосредственных исполнителей. Обратите внимание, тогда о необходимости изменения системы управления государством, формы правления звучали лишь отдельные, фрагментарные предложения. Для защиты проекта Конституции парламентского правления, разработанного группой энтузиастов, ваш покорный слуга не мог выпросить время в парламенте. После долгих препирательств мне дали 17 минут. Каково же было разочарование, когда зал слушал этот доклад вполуха и даже не принял к сведению. Казалось, парламентскому правлению не бывать. Но видите, как на деле все обернулось.
...В силу многих причин, в том числе объективных, целью наших протестов была просто смена режимов, приобретение власти, а не изменение системы. Если в программе декабристов было обещание созыва Великого собора на основе всеобщего равного избирательного права, а в программе народовольцев, эсеров и многих других партий, протестующих против царского режима в России, была предусмотрена передача власти народу в лице учредительного собрания, то у наших «революционеров» был главным образом лозунг отстранения от власти Акаева, Бакиева.
Все наши попытки провести реформы сверху, то есть добиться изменений путем смены руководящих персон, натыкались на непреодолимые преграды системы. И почти все, кто усилиями протестантов попадали в «Белый дом», образно говоря, превращались в драконов либо в ягнят. Ничего другого и ожидать-то не нужно было. Это был объективный, эволюционно-романтический этап протестного движения.
Отрадно, что люди в большинстве своем уже понимают, что простая смена режима природы власти не меняет. Напротив, революционная увлеченность выводит на управленческую авансцену все более люмпенизированные слои, создает условия для деградации общества в целом.
Безусловно, мы говорили о необходимости больших реформ, но на переустройстве всей системы государственного управления акцента не было. Поэтому ряды нашей оппозиции пополнялись людьми разных взглядов - от демократов до монархистов, от убежденных до конъюнктурно утомленных. За малым исключением это были люди, оттесненные от власти. Как только свержение и бегство узурпаторов становилось очевидным, начинали искать из числа наиболее активных протестантов тех, кто может профинансировать активную фазу акций и выборы. Находили, сажали на «трон», делили портфели, несколько месяцев работали вместе, затем начинались ресурсные междоусобные войны в виде выброса компроматов. Начиналась новая фаза вращения в круге порочном.
Меня часто спрашивают, почему я в последнее время малоактивен в протестном движении. А это в числе многих других причин и оттого, что сейчас ни один оппозиционер не сможет сделать столько уничтожающего режим, сколько они сами. Вы посмотрите, с каким аппетитом они поедают друг друга! И это вполне объективно в силу сосредоточения там людей совершенно разных взглядов. Общее у них только одно - жажда власти, а власть - это ничто иное, как богатство. Время - лучший судья. В истории человечества и этот феномен имел место. Схематизируя, упрощенно можно сделать вывод. Когда большевики, захватив власть, «кинули» всех своих революционных соратников - начиная от народовольцев до эсеров и меньшевиков, предотвратить гражданскую войну уже стало невозможным. Когда якобинцы отправляли на гильотину соратников и друзей, их печальный конец был предопределен. Известный в истории случай, когда конвой вел на казнь Дантона, и, проходя мимо окон Робеспьера, он прокричал: «Максимильян, мы скоро встретимся!» Так оно и случилось. Смерть, пожалуй, самого видного революционера в истории человечества была ужасной...
Наш случай - не исключение. Желание единоличного правления в окружении коленопреклонцев свергнутых, изгнанных режимов многократно увеличивает число сторонников протеста. Это простая логика сопротивления.
Недавно присутствовал на презентации нового протестного движения «Сопротивление». Сам по себе факт его зарождения заслуживает уважения, поддержки. Но прошу обратить внимание на то, что они проповедуют. Справедливо обвиняя СДПК в узурпации власти, они предлагают вывести ее из состава коалиции и с участием оставшихся партий создать новую коалицию, сформировать правительство народного доверия. Возникает вопрос: а чем же отличаются в лучшую сторону партии, на которых возлагают такие надежды сопротивленцы? Неужели непонятно до сих пор, что все партии, находящиеся во власти без исключения солидарно ответственны за произошедшее и последующие экономические или иные потери, в чем наши друзья обвиняют только СДПК? Самое интересное, это откуда-то появившаяся уверенность в способности этих партий создать правительство народного доверия. В связи с чем у них вдруг должна появиться такая потенция? Чего в этих ожиданиях больше - наивности или умысла, неведомого нам? Не сидит ли в кустах ностальгирующий по премьерству и, потирая руки, ориентирует наивных, легковерных противников власти на новый дворцовый переворот? О тех, кто еще в 2010 году втайне готовился сместить Алмазбека Атамбаева, я писал ранее. Почему-то на меня они (в отличие от журналистов) в суд подавать не стали. Понятно, почему?
Я хочу предостеречь, убедить людей в том, что без конституционных изменений правил формирования правящих структур и элиты при любой переформатизации мы получим «тот же хрен, но только вид сбоку». Всякий, кто проповедует, призывает приступить к изменениям - будь то новые выборы в парламент либо новое правительство, без предваряющих это глубоких политических и иных реформ по умыслу или недоразумению служит укреплению режима.
Весь вопрос в том, как эти реформы претворить в жизнь. Существующие режимы, как правило, сами не идут на такие реформы и не дают это сделать другим. А фрагментарные изменения - например, обновление отдельной ветви власти - картину в целом не меняют. Порочный круг получается. Для большей убедительности попробую объяснить уже на примерах.
Предположим, распустим парламент. Кто из здравомыслящих кыргызов может предположить, что новые выборы будут честными? Думаю, только власть из корысти может убеждать нас в этом. Ведь потеря власти - это их гибель. Далее. Отправим в отставку правительство. Опять же, кто будет утверждать, что этот парламент способен сформировать достойное правительство? Никто. Ибо это было бы такой же катастрофой для режима. А о судах речи нет. Они уже «реформированы». Ну а в целом изменить систему управления, провести конституционную реформу возможно, лишь имея реальные властные полномочия. Одним словом, верхи не хотят, низы не могут. Вот порочность круга - в чем я хочу вас убедить. Итак, я еще раз утверждаю: выход только в полной модернизации системы власти.
«А кто заполнит вакуум, безвластие? Не приведет ли эта ситуация к хаосу?» - спрашивают меня. Вот именно на этот случай человеческая история придумала институт временной, легитимной власти - такой как учредительное собрание. Оно может называться по-разному - Национальным собранием, Конвентом, Конгрессом, Великим хуралом, Курултаем. Суть не в названии, а в легитимности. К сожалению, начиная с 1993 года все изменения, новые редакции Конституции таковыми не являются.
Теперь немного о содержании учредительного собрания. Как его объясняют учебники юридических вузов? УС - это временный высший орган государственной власти, устанавливающий основы государственного строя, оформляющий основы политических прав народа, созываемый для выработки и принятия (иногда только для выработки) Конституции. Идея УС вытекает из учения о народном суверенитете, основывается на договорной природе происхождения государства, согласно которому только народ сам устанавливает власть для себя.
УС различаются по способу формирования и объему полномочий. Часто они формируются путем всеобщих и прямых выборов.
Первым УС в истории человечества был конгресс представителей английских колоний в Северной Америке в 1776 году, принявший знаменитую Декларацию независимости. В Европе первое УС было во Франции - с началом там Великой революции.
Возникает извечный вопрос: что делать? Для ответа на него достаточно вспомнить историю человечества. В ней множество стран попадали в аналогичную с нами ситуацию, и почти во всех случаях возникала необходимость создания легитимного конституанта, то есть национально согласованной временной власти (УС) для разработки законов, устанавливающих основные параметры государства, правила формирования правящей элиты, в отдельных случаях она принимала эти законы либо выносила на референдум, формировала законодательную ветвь власти, затем самораспускалась.
Мои оппоненты, безусловно, укажут мне на разность ситуаций. Одно дело, когда североамериканские штаты захотели получить независимость от метрополии, объединиться в одно - целое - государство, другое дело - у нас, где, казалось, худо-бедно функционируют все ветви власти.
Позвольте напомнить, что мы уже дважды были в такой ситуации и свой исторический шанс упустили. Уже в мае 2010 года я предлагал созвать УС. Это был бы первый в истории Кыргызстана легитимный конституант. Возможно, тогда наша история была бы менее драматичной. К сожалению, тогда мы пошли по большевистскому пути, по пути узурпации власти и экспроприации собственности.
К великому сожалению, динамика нашего развития имеет все предпосылки для третьего бунта - со всеми вытекающими оттуда последствиями. Вся проблема кроется в легитимности нынешней власти. Она заложник «движущих сил» пресловутой «революции», и никуда ей от них не деться. Сколько угодно они могут убеждать людей в обратном, но власть, полученная силой, пусть даже путем свержения узурпатора, остается малолегитимной, а чаще и вовсе нелегитимной.
Величие, историческая роль великой Французской революции заключается именно в гражданской самоотверженности, ответственности за судьбу общего дела, что побудило их созвать УС. Это было не что иное, как общественный договор. А большевики в России разогнали УС и тем самым свернули ее от европейского пути развития. Наша история, кстати, тесно связана с этой вселенской ошибкой, последствия которой расхлебываем и поныне. Ведь все могло быть иначе.
Ошибки в истории часто имеют трагические последствия. Два потрясения мы уже пережили. Сколько человеческих потерь, разорения, слез! Неужели этого мало? Так вот, путь, который я предлагаю, по моему убеждению, - это общественное согласие для формирования власти нового типа, отвечающего нашему уровню развития и менталитету.
Теперь главный вопрос: кто созовет УС? Власть? Думаю, нет. Зачем им это делать, когда она и так у них в руках? И потом, выборы по новым правилам - будь то в УС или в парламент - означают потерю ими власти. Хотя история знает примеры иные. Король Франции Людовик XV под давлением масс все же вынужден был созвать генеральные штаты из трех сословий, которые позже переименовались в УС.
Временное правительство в России в сентябре 1917-го под давлением революционных настроений все же объявило о созыве УС. Все дело в том, насколько организованно будет протестное движение, смогут ли оппозиционные силы объединиться вокруг идеи созыва учредительного собрания и какие лозунги будут в нем главными.
А все остальное - это тактические варианты развития событий, дело «революционного творчества» протестного движения... Любая идея должна выжить, охватить массы. Мирный путь быстрым не бывает...»
