Такой хороший плохой банк
Власти Кыргызстана рекомендуют Национальному банку начать процедуру специального администрирования ОАО «АзияУниверсалБанк» методом реструктуризации. Первоначальный план, по которому предполагалось капитализировать умирающий финансовый гигант и влить в него 3 миллиарда сомов государственных денег, у многих вызывал сомнения. «Почему частный банк, пусть и большой, надо спасать за счет денег налогоплательщиков?» - таков главный лейтмотив всех выступлений «против». Негативные эмоции подкреплялись вполне реалистичным вопросом, откуда же в стране с растущим бюджетным дефицитом возьмутся эти миллиарды?
Раздвоение личности
После событий на юге стало окончательно понятно, что взяться им неоткуда. Поэтому тихий шепот о необходимости банкротства банка перешел в подписание вполне конкретных постановлений о реальных действиях по процедуре реструктуризации и аннулировании первоначального плана. «Нынешний план по реструктуризации АУБа более реален, поскольку подобный опыт у Кыргызстана есть, - говорит экономический эксперт Максат Ишенбаев. - Это применялось при создании «РСК-Банка», а также некоторых других».
Реструктуризация предусматривает разделение банка на «хороший» и «плохой». В «хороший» переводятся реально существующие активы и заемщики, в плохой - все то, от чего хочется избавиться: активы, которые не контролируются руководством банка, необеспеченные залогом кредиты, сомнительные клиенты, в случае с АУБом - это аффилированные с прежним руководством лица. «Плохой» банк передается агентству по реорганизации банков и реструктуризации долгов DEBRA при Нацбанке. И уже оно начинает разгребать проблемы и пытаться решить долговые обязательства банка перед клиентами. Для этого предстоит проделать сложную работу по поиску утекших в неизвестном направлении активов. Ведь обязательства перед «плохими» клиентами будут погашаться именно из них. Если, конечно, найдутся и те, и другие.
Жизнь после жизни
Процедура реструктуризации требует от работников НБ КР профессионализма и скорости принятия решений, поскольку промедление с разделением АУБа, говоря словами классика, смерти подобно. Уж слишком большую роль в экономике и банковской системе играл этот раздутый до неимоверных размеров частный банк. О том, что он фактически стоял над Нацбанком и был гораздо могущественнее его, сейчас не говорит только ленивый.
После разделения и подсчета имеющихся активов банк займется обелением репутации. А этот процесс вполне может растянуться на годы. И без того шаткое доверие населения к банковской сфере окончательно подрублено, и для его восстановления потребуется приложить немало усилий.
Новый банк, образованный на базе «хорошей» части старого АУБа, начнет все или почти все с чистого листа. Он получит новую лицензию и обзаведется новым именем, навсегда ввергнув в анналы истории некогда славное название и эмблему с красным квадратом. Считается, что с этого дня банку дается вторая жизнь. И только спустя несколько лет новые владельцы в лице государства смогут задуматься о его продаже иностранным инвесторам. Если, конечно, к тому моменту под шумок не появится новый собственник из числа нынешних власть имущих. Мечты о собственном банке некоторые из них уже высказывали.
Восстановление потерь
Все эти перипетии не лучшим образом сказываются на клиентах банка. Тысячи физических и юридических лиц, хранивших сбережения и обслуживавшихся в банке, теперь в «состоянии невесомости». Их вклады заморожены, функции банка ограничены, прекращены операции по платежной системе «Мастер платежей».
«Банк сможет в полном объеме выполнять все операции только после того, как его разделят на «хороший» и «плохой», - говорит Максат Ишенбаев. - Поэтому затягивать процесс на годы нельзя. Этот план предусматривает спасение вкладчиков. Если в режиме консервации проценты на депозиты не начисляются, то сейчас вкладчики смогут получить не только основные суммы вкладов, но и проценты по ним».
Судьба же зарубежных акционеров незавидна, поскольку они вряд ли смогут что-то получить. По закону акционеры и держатели векселей получают свои доли в последнюю очередь, только после того, как будут выплачены долги заемщикам банка. Если учесть, что в нынешнем случае они попадают в «плохой» банк и их выплаты зависят от того, найдет ли агентство выведенные капиталы, надежды вернуть хоть что-то у них мало.
Но там, где крутятся большие деньги и задеваются большие интересы, как правило, нередки и незаконные схемы. Не исключение и АУБ в его нынешнем состоянии. Речь идет о применении схемы взаиморасчета между держателями векселей и заемщиками банка. «По идее первые получают свои деньги в числе последних, а эта схема незаконна, но вполне может быть здесь применена, - считает Максат Ишенбаев. - Для того чтобы АУБ рассчитался со всеми клиентами, его новое руководство должно быть честным и принципиальным».
Где взять реструктуризаторов?
С момента ведения временного администрирования вопросов по АУБу меньше не стало. Напротив, состояние банка непрерывно ухудшалось. О том, чтобы найти выведенные деньги, и речи не шло, активы же продолжали исчезать. Если изначально специалисты Нацбанка не могли разобраться в сложной бухгалтерии АУБа, то кто сейчас займется подсчетом активов и пассивов? «Вопрос о наличии специалистов открыт, - продолжает эксперт. - За время работы прежнего руководства НБ КР хорошие специалисты ушли. Остались ли там люди, которые смогут правильно провести реструктуризацию, - вопрос пока без ответа. Но поскольку подобный опыт в стране есть, им будет от чего оттолкнуться».
«А кредиты теперь можно не возвращать?»
Спешим разочаровать тех, кто продолжает надеяться, что про взятый некогда в АУБе кредит в суматохе забудут. Все заемщики перейдут в «хороший» банк, соответствующие документы будут переоформлены, и, несмотря на разделение банков, отдавать кредиты придется. «Они должны быть возвращены, никто с заемщиков эту ответственность не снимал, - комментирует Максат Ишенбаев. - Залоги под взятые кредиты также переходят в «хороший» банк».
Другая ситуация складывается с заемщиками, которые брали в банке большие суммы. «К примеру, АУБ обещал кредит в $3 миллиона, и, скажем, до апреля клиент получил часть кредита в $1 миллион, а остальные не успел, что теперь с ним делать? На полученную сумму человек не смог закупить оборудование, запустить производство, а миллион на нем висит. С такими заемщиками вопрос должен решаться индивидуально, - уверен эксперт. - И здесь возможно либо идти на реструктуризацию, либо добиваться получения оставшейся суммы кредита, хотя это менее вероятно, поскольку таких денег в банке сейчас нет».
Именем революции
То, что системный банк надо как-то спасать, понятно всем. Не вызывает сомнений и то, что схемы по отмыванию денег должны быть пресечены. Вопрос в другом - а надо ли для этого его разваливать и лихорадочно национализировать? АУБ работал, качественно обслуживал клиентов. А теперь?
Еще не поставлена окончательная точка в судебном процессе по АУБу, нет закона о национализации, и даже в новой Конституции прописано, что собственность неприкосновенна. Впрочем, на момент подписания декрета старую Конституцию никто не отменял. А значит, юридически действовала статья, в которой сказано, что передать имущество в государственную собственность путем его национализации допускается «только на основании принятого в соответствии с Конституцией закона о национализации имущества и с возмещением лицу, имущество которого национализировано, его стоимости и других убытков, причиняемых изъятием». Тем не менее имеем то, что имеем, как говорится, «именем революции».
А ведь возможность оспорить в международных судах законность этих процедур у бывшего владельца банка по-прежнему остается. И что будет, если он решит ею воспользоваться, да еще и вердикт международного суда будет не в пользу национализаторов, страшно даже представить.
Кому война, а кому...
Высохли чернила на подписи президента переходного периода Розы Отунбаевой под декретом о национализации, и здоровье всей банковской системы оказалось под большой угрозой. «АУБ раздули, и проблем в банковской системе сейчас не избежать, но эффект домино вряд ли возникнет», - уверен Максат Ишенбаев.
Банкам, не аффилированным с АУБом, сложившаяся вокруг него ситуация только на руку. Основной игрок - «РСК-Банк». Этот государственный финансовый институт, имеющий, как и у АУБа, развитую сеть филиалов, вполне способен заменить умирающего гиганта. Конечно, качество обслуживания заметно уступает АУБу, но взять на себя выполнение его основных функций он вполне способен.
Здоровые банки от этой ситуации только выигрывают, потому что их клиентская база увеличивается. Те, кто остался на рынке, - банки, крепко стоящие на ногах, поскольку в их капитале присутствуют деньги международных инвесторов. Тем же, кто был аффилирован с АУБом - банки «Манас», «Акылинвест», «КыргызКредит» и «Иссык-Куль инвест», придется искать дополнительное финансирование. «Если они не договорятся с акционерами о дополнительных вливаниях, то быстро проедят свои капиталы. Им надо подходить к своим акционерам или искать других инвесторов», - говорит эксперт.
И такие разговоры уже ведутся. Главное сейчас - не отпугнуть заинтересовавшихся инвесторов.
Вряд ли закончатся проблемы после «очистки» и у АУБа. Хотя все вклады и перейдут в «хороший» банк, риск съема денег вкладчиками после всего пережитого весьма высок. В случае оттока депозитов финансовая помощь государства ему будет просто необходима. Впрочем, она уже не будет измеряться такими миллиардными объемами, как это было еще в мае-июне 2010 года. «Та сумма в 3 миллиарда сомов вообще непонятно откуда была взята, ведь не оценили ни активы, ни обязательства, - комментирует Максат Ишенбаев. - Во время реструктуризации можно будет получить реальные цифры, а значит, нынешний план более реален, и участь предыдущих прожектов его не постигнет».
А денежки-то есть
И все же предпосылки к дефициту ликвидности из-за проблем с АУБом в отечественной банковской сфере налицо. «Не стоит ждать, когда эти проблемы проявятся в полную силу, - говорит эксперт. - У нас есть Фонд рефинансирования (ФР), средства которого пока не задействованы, и руководство НБ КР должно активнее работать в этом направлении».
Сейчас ФР дает банкам деньги на слишком консервативных условиях. Максат Ишенбаев уверен, что принципы его работы надо кардинально изменить. «Сейчас деньги фонд дает только под залог ценных бумаг и имущества банка, но настал момент для рассмотрения и других вариантов. К примеру, залоговым обеспечением может быть кредитный портфель банка», - говорит он.
И здесь ФР есть чему поучиться у микрофинансовых организаций. Они не получают деньги от вкладчиков, а работают с компаниями, которым могут предоставить в залог кредитный портфель. Надо быть более гибким и, что немаловажно, быстро перестроиться и ввести новые пути финансирования. Деньги банкам и заемщикам нужны сейчас, чтобы избежать проблем с ликвидностью в дальнейшем и не получить очередной неприятный сюрприз к концу года.
