Китайские финансовые войны за бишкекскую ТЭЦ

Столичная теплоэлектроцентраль - как остров невезения. Вроде бы нашелся инвестор, который готов вкладывать в модернизацию... А потом второй. Споры завязались между двумя крупными китайскими компаниями ТВЕА и СМЕС. Энергетики говорят, что ТВЕА - единственная компания, которая может заниматься реконструкцией. Депутатам кажется, что выгодней отдаться СМЕС. Их даже свозили в Турцию и показали объекты, чтобы они удостоверились, что это серьезная компания. Впрочем, их ранее возили посмотреть и ТВЕА.

О том, почему предпочтения отданы последней,  ИА «24.kg» рассказал заместитель гендиректора ОАО «Электрические станции» Жолдошбек Назаров.

- Как решался вопрос о реконструкции ТЭЦ Бишкека?

- Реконструкция ТЭЦ планировалась с 1995 года - ее закладывали во все госпрограммы, но не могли определить источник финансирования. Котлы, которые выработали срок, опасно использовать. Сейчас из 24 не работают 7. Оставшиеся - на пределе. И до первой, и до второй революции мы вели работу по привлечению инвестиций. Китайские компании осматривали ТЭЦ и хватались за голову. Были даже технические предложения, но они не давали нам сведений об источниках финансирования, предполагалось, что это наши проблемы. После этого в рамках кыргызско-российской межправкомиссии россияне делали свое предложение: построить два блока на новом месте на территории ТЭЦ. Это был Новосибирский проектный институт. По их расчетам, необходимо было $518 миллионов. Два блока по 135 мегаватт. Инвестиций никто не предлагал, россияне говорили, что это предмет разговора в будущем. Вопрос остался открытым. На межправкомиссии эта тема также закрылась.

- Когда пришли китайские компании?

- Компании СМЕС и ТВЕА пришли практически одновременно. Обе сделали техническое предложение: СМЕС - два блока по 130 мегаватт, ТВЕА - два по 150. ТВЕА сразу поставила условие, что будет работать через китайское правительство и внешнеэкономический банк и предоставлять гарантии китайского правительства по финансированию. Компания ТВЕА сразу выступила с финансовым предложением. До сегодняшнего дня ни одна другая компания не дала ценового предложения.

- Почему проходили прямые переговоры, без тендера?

- Исходя из того, что модернизация ТЭЦ прописана в Нацпрограмме, законы предполагают, что это крупные капиталовложения. Практически нигде в мире тендер на выбор подрядчиков не проводится, потому что на такие вложения привлекаются средства больших инвестиционных институтов. Открытые собственные средства в таком объеме имеют только несколько государств. Большинство стран привлекают деньги из крупных финансовых институтов. Они ведут работы либо под своим контролем, как, к примеру, швейцарское правительство контролирует реконструкцию Ат-Башинской ГЭС. Мы не можем без них решать, кто будет подрядчиком, это мировая практика. В случае с бишкекской ТЭЦ есть условия китайского правительства: подрядчика определяют они. Если бы наше правительство выделило какую-то сумму на проведение реконструкции, то тогда бы мы сказали: вот наш бюджет такой-то. А в нынешнем случае выбор подрядчика не подпадает под закон о госзакупках.

- Как сформирована цена?

- Из технического предложения, которое мы дали. Мы со специалистами полностью проработали предложение и решили, что оно приемлемо. С учетом того, что реконструкция будет проводиться на действующем предприятии, это намного сложнее. Новосибирский проектный институт предлагал цену в $518 миллионов, и они отказались проектировать на старом месте. Китайцы предложили $396 миллионов. Это приемлемая цена с учетом того, что будет проведен демонтаж недействующего оборудования. Мы только дали свое видение. Решение же принимала межведомственная комиссия, созданная правительством. После этого и Жогорку Кенеш одобрил, вопросов не было. С юридической точки зрения выбор подрядчика соответствует законам об электроэнергетике, энергетике и госзакупках. Конечно, тендер провести было бы хорошо, но для этого нам надо иметь на руках эти деньги.

- А вы пытались скинуть цену?

- Мы скинули. Изначально предлагалось $396 миллионов, но после переговоров сначала скинули на $5 миллионов, а после - еще на $5 миллионов. Президент ТВЕА на встрече с премьер-министром сообщил, что уже не в рамках кредитного соглашения, а от себя компания готова осуществить работы и услуги на $20,3 миллиона дополнительно. Это будут замена кабельного оборудования, силовых трансформаторов, обучение персонала, строительство двух школ. Так что в итоге компания пошла на уступки в $30 миллионов.

- Почему выбрали ТВЕА, хотя компания СМЕС предлагала на $30 миллионов меньше?

- Во-первых, СМЕС не давала финансового предложения. У нас нет официального письма за подписью руководства компании. У нас есть направленное в министерство ценовое предложение от их представителей в Бишкеке. Мы начали анализировать ситуацию, и вот что получилось: есть ведомость объемов работ компании ТВЕА, мы ее официально приняли, вот здесь есть подписи наших руководителей на $386 миллионов. СМЕС дает нам такой же проект, здесь отсканированный документ, все до запятых и грамматических ошибок. Не может быть, чтобы две разные компании мирового уровня написали все один в один. При этом напротив некоторых пунктов они просто убрали цену. Так и вышло, что получается меньшая сумма. Но если всего не делать, то реконструкция бессмысленна. Это построить машину без колес. Они убрали две позиции, которые составляют $24 миллиона. К примеру, дымоход, он вроде тоже есть, а цена нулевая. А какая тепловая станция без дымохода? Все равно, что печку без трубы построить.

- А вы обращались в китайский офис СМЕС?

- Мы написали письмо с просьбой дать разъяснения, почему по вышеназванным пунктам отсутствует цена. Через МИД получили письмо от правительства Китая, что компания СМЕС не может участвовать в реконструкции бишкекской ТЭЦ. Этим уполномочена заниматься компания ТВЕА. СМЕС ведь и предложение не давала, она пошла окольными путями - посредством местных ребят, которые называют себя представителями этой фирмы. Есть официальное письмо из Казахстана, но их предложение нас не устраивает. Там предоплата, проценты другие, самое главное, они требуют залог от экспортной выручки.

- А каков график погашения кредита?

- Кредитное соглашение подписано между Минфином КР и Экспортно-импортным банком Китая на 20 лет, из них 11 лет - льготный период под 2 процента. «Электрические станции» будут получать средства от Минфина. Мы будем подавать документы об объеме выполненных работ, а Минфин - по факту средств. Для нас субсидиарное соглашение - под 2,5 процента.