Вера Османкулова: Я, скорее, приму роль жертвы, нежели пойду на причинение другому неудобств в жизни

С момента обретения независимости в нашем обществе произошла резкая переоценка ценностей. Сегодня многих волнуют политические события, а тема искусства с каждым днем все дальше отходит на задний план. Но в суматохе будничных дней сегодня хочется поговорить о великом и прекрасном. Вера Османкулова - талантливый кыргызский композитор, вот уже который год она живет и творит далеко за пределами своей Родины. К слову, ее творчеством всерьез заинтересовалась The American film production company Zelphus Films, в частности главный кинорежиссер этой солидной американской кинокомпании господин Дэвид Молино.

Mузыкальный стиль композитора, ее профессиональный язык, полный глубины и психологизма, оказались близки, как считает сам режиссер, жанру его нового фильма, съемки которого с 2012 года полным ходом шли в США.

В этот период кинокомпания и вышла на композитора, которая является музыкальным директором Симфонического оркестра в Берлине, с предложением о совместной работе. Согласие Веры Османкуловой было встреченo самим Дэвидом Молино и его ассистентами с большой радостью. Но внезапно на стадии завершения фильма (оставалось меньшe двух недель) композитор просит убрать из фильма всю ее музыку. Просьба превратилaсь даже в вынужденное требование. Kинорежиссер Дэвид Молино в недоумении, ему не совсем понятна неожиданная резкая перемена решения, к тому же на стадии завершения съемок. Причиной некоторые считают финансовую недоговоренность двух сторон, что, впрочем, полностью опровергает сама композитор.

Cделав скоропалительные выводы o случившемся, близкие композитора посылают в ее адрес необоснованные, несправедливые обвинения: «Вера, не все в нашей жизни решают деньги».

Недопонимание между двумя творческими людьми все еще не исчерпано. В связи с этим ИА «24.kg» обратилось к самой Вере Османкуловой с просьбой разъяснить эту ситуацию.

- В чем причина вашего протеста в адрес кинорежиссера?

- Слово «протест» звучит немного агрессивно, ведь мы даже и не ссорились. Дэвид Молино - очень деликатный, мирный человек. Поводa для тревог в сфере финансовой не вижу, не было никогда никаких дискуссий на эту тему, уверена, и не будет. Все, что мной пишется, тут же регистрируется в GEMA - в крупной юридической компании по искусству по делам защиты прав авторов. Все писатели, композиторы, художники регистрируют здесь свои произведения, картины и так далее. Это мощная мировая компания, и проблем с ней как обычно не бывает: все выплачивается пунктуально. Там сидят толковые юристы, которые и выбивают гонорары от использователей всех созданий любого автора. Сами создатели этим, как правило, не занимаются.

Разногласие возниклo совсем по иному поводу. Мне бы не хотелось раскрывать коммерческую тайну этой кинокомпании, это некрасиво. Однако и не говорить о некоторых вещах означает смириться, допустить халатность в своем деле, что никак недопустимо, стыдно должно быть прежде всего.

- Но если причина, как выяснилось, не в финансах, то в чем же?

- В самой музыке - в том, как она использована режиссером. Мне больно видеть, как уважаемый Дэвид Молино делает несколько больно моим «детищам» - музыкальным пьесам: нарушая их целостность, обрезая им органы, склеивая головы с ногами, уши с животами, глаза с пальцами рук. Режиссер нарушает логику самого текста мелодии. Мне понятны его работа и его оправдания - объяснения вполне обоснованны: oн подчиняет музыку времени сцены, что-то по пути выбрасывает, режет или бережет для других сцен. Однако при этом нарушается сама структура мелодии, музыки в целом. Eсли вы закроете глаза и послушаете только музыку, звучащую в фильме, то сразу поймете: что-то не так, это заметит даже неподготовленный слушатель.

Вопрос: в чей адрес будут направлены упреки? В адрес режиссерa или все-таки автора музыки? Помидоры ведь полетят в мою сторону, cогласитесь. Я люблю помидоры, но лучше их все-таки есть, а не сдирать с себя и выбрасывать после такого помидорного разбоя свое нежное розовое красивое платье (улыбается). Мне, как женщине, жальче платья и этих сочных помидоров... сами мелодии.

- C чувством юмора у вас, кажется, все в порядке, Вера!

- Надо же как-то подбодрить себя в такой трагедии.

- Надеюсь, трагедия все-таки по поводу...

- ...помидоров, конечно же, и красивого платья!

- Все же хочется выяснить, каковы будут ваши шаги в том случае, если режиссер все же решит оставить музыку именно в том виде? Если ваши просьбы будут бесполезны, что тогда?

- Попытаюсь его еще несколько раз убедить в своей правоте. Работа осложняется и тем, что мы находимся на разных континентах: он в Майами (США), я в Европе. Нет возможности сесть рядом в студии и согласованно делать работу. В этом случае подобных недоразумений уже бы не возникло. Мне можно было делать эту работу самостоятельно, ведь есть и Интернет, и студия. Однако даже и тут возникли маленькие сложности.

По большому счету есть и другая причина моего несогласия. При ознакомлении с содержанием фильма мне представлялись другие сцены, возможно, к тем мои мелодии бы и подошли, почему и дала их тогда кинокомпании. Но к тем, которые сняты сейчас, считаю, музыка моя не подходит. Возможно, это и есть главная причина того, почему же все-таки прошу режиссера отказаться от нее.

В фильме затронута очень актуальная проблема нашего времени, сама идея интересна. И актеры, и фильм заслуживают более серьезной музыки, чем моя, - музыки настоящих композиторов. Я предлагала им и Брукнера, и Мессиана, отрывки других интересных авторов. Однако режиссер, как выяснилось, сделал свой выбор.

Неприятнo и то, что эта уже почти разрушенная музыка, потерявшая весь свой логический смысл, подписывается все же моим именем в конечном счете. А это означает, что халатность проявлена была мной. Но на самом деле ведь это не моя работа. Oставалось надеяться, что никто не узнает автора музыки этого фильма. Уже узнали.

- Само название фильма, вы сказали, это тоже тайна. Судиться вы все же станете?

- Нет. Это не цунами, не Фукусима и не конец света. Судиться не стану. Не по причине тех гонораров, которые получу в любом случае, пойдет фильм на ура или нет. А именно по той, что усложнять кому-то жизнь - это не мудрое решение. Я, скорее, приму роль жертвы, нежели пойду на причинение кому-то каких-то неудобств в жизни.

Каждый раз после этих помидорных нападений в мою сторону будем ходить вместе с режиссером в магазины в поисках новых платьев. Ну а что, это разве плохо? Каждый раз в новом. У меня их, кстати, мало (улыбается).

- Неважно, как складываются ваши взаимоотношения с кинорежиссером, но сам факт, что нашими кыргызскими композиторами, в частности вашим творчеством, всерьез интересуются солидные кинокомпании за океаном, это похвально! Престижно не только для вас самой, но и для всей культуры Кыргызстана. ИА «24.kg» желает вам и Дэвиду Молино продуктивного сотрудничествa. Пусть будут только согласие и гармония, ну и много платьев...

- Спасибо. «Много платьев» - это всегда приятно любой женщине. Всего доброго!