Мурат Суталинов: Я не прятался

Сенсацией на судебном процессе по апрельским событиям сегодня стало неожиданное появление в зале заседаний бывшего главы Государственной службы национальной безопасности КР Мурата Суталинова.

Он пришел буквально за несколько секунд до начала заседания и тихо, не привлекая внимания, сел на скамью подсудимых рядом с другими обвиняемыми по делу. Присутствовавшая в зале немногочисленная группа потерпевших не сразу признала в седовласом и обросшем бородкой мужчине одного из  влиятельных политиков режима Бакиевых и приближенных к семье экс-президента страны.

Лишь во время допроса лидера парламентской фракции «Ата Мекен» Омурбека Текебаева председательствующий судья Дамир Онолбеков заметил среди подсудимых «новое лицо» и, прервав пламенную речь депутата, неуверенно спросил: «Это Суталинов в зале?». После чего распорядился, чтобы его поместили в клетку. Ранее в отношении Мурата Суталинова заочно было избрано мерой пресечения содержание под стражей.

Что тут началось! Число потерпевших стало расти в геометрической прогрессии, как и градус их агрессии. В адрес Суталинова посыпались оскорбления и угрозы. Ситуация накалялась и взорвалась, когда он решился задать вопрос свидетелю. Несколько человек соскочили с мест и стали кричать ему: «Убийца, смерть тебе!». Судья призвал зал к порядку, однако агрессивно настроенные люди бросились к клетке и попытались через прутья решетки схватить бывшего главу спецслужб.

После перерыва потерпевшие в знак протеста и вовсе покинули зал суда. Видимо потому, что Дамир Онолбеков в этот раз не пошел на поводу у толпы и не дал ей растерзать Суталинова прямо в зале суда, а законным образом заключил его под стражу.

Судья показал небывалую мягкость и в рассмотрении ходатайства адвоката экс-главы спецслужб об изменении ему меры пресечения: Мурат Суталинов выпущен из-под стражи под домашний арест. Суд, как говорится в постановлении, учел «личность подсудимого, его семейное положение» и добровольную явку.

После того как Мурат Суталинов покинул клетку, корреспондент ИА «24.kg» успела задать ему несколько вопросов.

- Мурат Абдыбекович, где вы скрывались все это время?

- До 9 апреля я вообще не прятался. Потом первое время оставался в Чуйской области. Далее понял, что в мегаполисе лучше скрываться, поэтому постоянно находился в Бишкеке.

- Ваш адвокат говорил о том, что существовала реальная угроза безопасности для вас и семьи. Как это проявлялось?

- В тот момент, когда все произошло и я лишился власти, некоторые люди стали активнее поднимать некоторые вопросы. И в мой адрес звучали угрозы. В результате своей работы мне много приходилось сталкиваться с людьми, от которых потом можно ждать чего угодно. Но это не политики, а криминал.

- Чего нам ждать с вашим появлением? Вы владеете информацией, которая «сломает» дело?

- Нет, этого не случится. Из статей и публикаций на сайте ИА «24.kg» в последнее время я понял, что суд идет в том русле, в котором и должен, то есть с соблюдением закона. Это стало для меня посылом, что пора прийти и рассказать, что я делал в те дни, есть ли моя вина в том, что произошло. Необходимо объективно все выяснить. Я расскажу и про «Альфу», как действовали ее сотрудники.

- Поддерживаете ли вы связь с Бакиевыми?

- Откровенно скажу, что начиная с 7 апреля 2010 года, когда закончились последние переговоры, в которых участвовали лидеры оппозиции во главе с Розой Отунбаевой и бывшие представители властей, я ни с кем из них не связывался. Попыток наладить контакт не было ни с их стороны, ни с моей.

- Проясните, кто помогал вам покинуть здание Службы нацбезопасности 7 апреля 2010 года и, как писали СМИ, добраться до границы?

- В этом деле немного неправильно освещается в прессе роль Розы Отунбаевой и Кенешбека Душебаева. Мы вместе Розой Исаковной вошли в здание, где уже находился Кенешбек Асанбекович, чтобы я мог передать ему кое-какие дела. Пару раз Отунбаева меня буквально прикрыла. Может быть, угрозы моей жизни не было, но здоровью - уж точно.

После того как я сдал дела и ключи от сейфов Душебаеву, его помощники на машине, которую я ему также сдал, вывезли меня на Дзержинку и оставили там. Оттуда я сам добирался. Ни до какой границы меня никто не провожал.