Конфликт ЕС и «Газпрома» вызывает беспокойство в Средней Азии, пишет

Le Temps (Швейцария). Всплеск напряженности в отношениях между Европейской комиссией и «Газпромом» вызывает беспокойство в среднеазиатских странах, которые во многом зависят от поставок их углеводородов в ЕС. «Энергетические отношения Европы и России похожи на отношения в паре. Если стороны конфликтуют, то от этого пострадают все: сначала производители, а затем потребители», - говорит бывший заместитель министра природных ресурсов Казахстана Петр Владимирович Своик. Это предупреждение перекликается с заявлениями, которые озвучили представители двух других региональных государств-экспортеров, Туркменистана и Узбекистана, на энергетической конференции в Вильнюсе.

ЕС стремится установить партнерские отношения с Казахстаном, который является первой экономической державой Средней Азии и получает 80 процентов иностранных инвестиций в регионе. Европа - главный клиент для его нефтяной отрасли (в отличие от соседей здесь добывается немного газа), на которую приходится 40 процентов поступлений в национальный бюджет. Кроме того, открытие в 2005 году нового пути транзита казахского черного золота (на танкерах через Каспийское море до трубопровода Баку - Тбилиси - Джейхан) позволило Астане сократить зависимость от оставшихся еще с советских времен российских нефтепроводов на севере Каспия.

В теории Казахстан, который всячески стремится подчеркнуть независимость от Москвы после распада Советского Союза, должен был бы только порадоваться открытому в ЕС 4 сентября следствию по подозрению в создании препятствий для конкуренции со стороны «Газпрома» и манипуляциях Кремля с энергетикой. Важность этого вопроса, который Владимир Путин сделал своим личным делом, подтверждает тот факт, что в Астану и Алматы направлены европейские эксперты, чтобы разъяснить позицию Еврокомиссии.

Специалист по энергетическим вопросам из Алматы Нигмет Ибалдибин так оценивает последствия юридического и политического конфликта Москвы и Брюсселя: «Сегодня приоритетная задача Казахстана не в том, чтобы держать Россию на расстоянии, а в том, чтобы пересмотреть подписанные в 1990-х годах с западными нефтяными компаниями соглашения о разработке трех крупных месторождений в бассейне Каспийского моря: Тенгиз, Кашаган и Карачаганак. У нас есть опасения, что начатое противостояние с «Газпромом» может послужить ЕС предлогом для того, чтобы уклониться от этого вопроса».

Государственная нефтяная компания «КазМунайГаз» на протяжении нескольких лет стремится расширить долю в этих консорциумах. На Тенгизе она пытается договориться с американской Chevron и англо-нидерландской Shell. На Кашагане (открытое в 1990-х годах колоссальное морское месторождение) - с французской Total и итальянской ENI. На Карачаганаке - ENI, Chevron и российским «Лукойлом». Кроме того, нормальная работа всей системы требует стабильных отношений с Россией, через которую идут три четверти всего казахского нефтяного экспорта.

Что касается политики, авторитарный режим сказочно обогатившегося президента Нурсултана Назарбаева (в Женеве правоохранительные органы подозревают его зятя Тимура Кулибаева в отмывании денег) опасается, что европейское следствие против «Газпрома» может заставить Брюссель обратить внимание и на сомнительные практики среднеазиатских энергетических компаний. Такое развитие событий, безусловно, не сулит ничего хорошего Астане, особенно после жесткого разгона забастовок в нефтяном секторе в декабре 2011 года. То же самое касается узбекской диктатуры президента Ислама Каримова и Туркменистана, который представляет собой настоящую «черную дыру» в плане прав человека и прозрачности доходов от экспорта газа в Европу... через Россию и «Газпром».

Со стратегической точки зрения, Казахстан беспокоится, что возникновение нового энергетического кризиса между Москвой (его главный партнер в сфере транспортировки и переработки нефти) и Брюсселем (его крупнейший клиент) может сыграть на руку Пекину. Так, перешедший в оппозицию бывший министр Петр Своик полагает, что за последние 20 лет Китай «прекрасно разыграл свои карты»: он получил в свое распоряжение небольшие казахские нефтяные концессии и добился права на строительство нефтепровода длиной 2 тысячи 230 километров от Каспия до провинции Синьцзян.

«Главная энергетическая задача для ЕС - это выработка долгосрочной общей политики и забота о том, чтобы крупнейшие европейские нефтяные компании, в Средней Азии и во всем мире, не действовали вопреки интересам 500 миллионов потребителей нефти и газа в Евросоюзе», - продолжает он.

http://www.inosmi.ru/middle_asia/20120928/199978214.html#ixzz27jKlsJmS